— У меня есть идея получше, — пробормотал Пол. — Та штука. Переносная дверь. У меня в кармане. Можем отправиться, куда пожелаем.

— Ага. — Снова ухмылка. — Теперь ты дело говоришь. Как насчет пляжа на Мартинике? Нет ничего лучше мягкого песка под поясницей, я всегда говорю. Или...

— Куда хочешь, — буркнул Пол, доставая из кармана картонный тубус. — Коридор? — взмолился он.

— Веди, любовничек, — сказала матушка мистера Тэннера. Он нетвердо поднялся на ноги, спотыкаясь, выбрался в коридор, где была перегородка — достаточно большая, чтобы там уместилась переносная дверь.

— Нужно чем-нибудь ее заклинить, — выдохнул он.

— Как насчет моей сумочки?

— Отлично. — Развернув дверь, он разгладил ее по перегородке. — После тебя.

— Ага, я пройду, а ты ее за мной захлопнешь? Я что, с пальмы свалилась?

— Да. Нет. Тогда я пойду первым.

Он открыл дверь и, когда его правая нога зависла над порогом, изо всех сил закричал "В ПРОШЛОЕ!" и рванулся вперед.

Где бы он ни оказался, темно там было, как в мешке. Где-то за спиной у него матушка мистера Тэннера взревела "Вот гад!", ну и что с того? Он мысленно скривился и подумал: "Ик". Впрочем, и это не страшно. Теперь ему много лучше.

Пол поглядел туда, где полагалось быть наручным часам, но, разумеется, в темноте ничего не увидел. Не важно, теперь он уже знал, что это все равно не поможет: время за дверью было субъективным или что-то вроде того. В счет шло только то, что он забрался в прошлое настолько далеко, что ему уже никогда не выпить чай с подмешанным туда треклятым зельем. Жив, здоров и в безопасности — во всяком случае, пока.

Расправив плечи, он прислушался. Где-то недалеко бухали тяжелые неуклюжие шаги, и голос матушки мистера Тэннера ("Только попадись мне, я тебе легкие, черт побери, вырву!"). Перед мысленным взором замаячила ее боевая гоблинская трансформация, и он понял, что это не пустая угроза. Пора бежать, решил Пол.

И побежал.

Бежать в кромешной темноте — не самое разумное дело. Не одолел он и десяти шагов, как его нос соприкоснулся с чем-то невидимым, но крайне твердым. Он упал и, свернувшись калачиком, остался лежать на чем-то, что предположительно было полом. И пока он этим занимался, кто-то — или что-то — перешагнул через него, по всей видимости, не подозревая о его существования. А поскольку это что-то во всю глотку орало: "А потом я вырву у тебя печенку и поджарю с луком!", он заключил, что это скорее всего матушка мистера Тэннера.

"Великолепно!" — подумал он. Теперь осталось только прокрасться к переносной двери, проскользнуть через нее, захлопнуть за собой и свернуть. Не тратя времени на то, чтобы вставать на ноги, он развернулся на четвереньках и пополз туда, откуда, как он надеялся, только что пришел. По дороге ему пришло в голову поинтересоваться, что будет с тем, кто останется за запертой переносной дверью. В тот единственный раз, когда с ним такое случилось, все обошлось: он вернулся в офис, всего лишь часов на восемнадцать до того, как все началось. Но сейчас он понятия не имел, в каком месте или времени оказался. Он вполне мог очутиться в какой-нибудь жуткой щели между пространствами, и к тому же вознамерился оставить здесь матушку мистера Тэннера, возможно, на веки вечные...