— Нет. — Она села на кушетку. — Он просил меня выйти за него замуж.

— И что ты ответила?

— Я сказала «да». Хотя это было условное «да».

— Ты любишь его?

— Это вечный вопрос, правда? Я никогда не могу ответить на него. Не знаю, могу ли я любить кого-нибудь.

— Можешь, если любишь саму жизнь. Существование.

— Может, и не люблю, — произнесла она. — Иногда я боюсь жизни.

— Все мы иногда боимся. А сейчас?

— Наверное, я не люблю жизнь.

— Ну, научишься. Хотя время сейчас мало подходящее для заумных дискуссий. — Карни хлебнул ещё и взглянул на Хелен. — О чем ты думаешь?

— О том, как вернусь домой, в Иллинойс. Иногда ужасно скучаю по дому.

— А чем ты там зарабатываешь на жизнь?

— Работала на фабрике чипсов. По ночам пела в ресторанах. Во всяких притонах. В одном, например, танцевала с голой грудью.

— Фабрика чипсов?

— Да. Чипсы, сухарики в пакетиках, всякое такое.

— И что ты там делала?

— Работала дегустатором. Но все бросила, чтобы попасть сюда.

Он взял её за подбородок.

— Неужели это лицо девушки, которая пережевала тысячи чипсов и перепела во всех стрип-барах Иллинойса?

— Представь себе.