Она даже начала составлять план побега и задумала привлечь к этому кое-кого из показавшихся ей подходящими пиратов, самых жадных и глупых (рассчитывая соблазнить их своими деньгами). Но тут заявились эти чертепоклонники, черт их раздери! Уж и в самом деле – из огня да в полымя!

Течение ее мыслей было нарушено появлением новых лиц.

Бесшумно отъехала в сторону двустворчатая дверь, расписанная игривыми красно-зелеными разводами. В проеме стоял военный полицейский со знаком Корпуса, чья физиономия была украшена широким, скверно залеченным ожогом – такие обычно оставляет бластер. Он оглядел замолкших пленниц, довольно ухмыльнулся, бросил взгляд назад, где маячили двое других. Короткий лазерный пистолет-пулемет он небрежно выставил перед собой.

– Значитца, так, бабешки, давайте шустро-быстро раздевайтесь и готовьтесь к постельным прыжкам. – Наемник гнусно осклабился. – Потому как времени у нас мало: ежели амазонки прорвутся, приказано эвакуироваться, а этот космический сарай взрывать к чертям… – то есть тьфу! – к богам собачьим! Ваша эвакуация не предусмотрена, так что на всякий случай мы вас того – оприходуем. На всё про всё дается сорок пять минут. Затем мы сюда придем, и тогда уж не обессудьте, если на ком-то останется хоть одна тряпка…

Район нейтрального космоса, 267367-272787-НН. Штабное судно «Адский сад»

…С момента, когда «Молот Люцифера» покинул его, штабной корабль оказался фактически обречен. Дела у Лиги шли неважно, и глубокий прорыв сил Амазонии становился всё более вероятным. Случись так, беззащитный «Адский сад», а с ним и его ценнейшие пассажиры станут первой мишенью для удара. Значит, нужно эвакуироваться.

Но вот незадача: «Адский сад» вполне мог достичь скорости стандартного крейсерского хода эскадр Лиги. Мог ходить даже и много быстрее, но только недолго.

Что же касается самого полного хода (а именно на такой скорости обычно принято покидать место неудачного боя), то ему было бы смешно состязаться даже с фрегатами, не говоря уже о более легких посудинах.

Поэтому план срочной эвакуации предусматривал, что все пассажиры переходят на дестроеры сопровождения, после чего брошенный корабль будет взорван, дабы не достался врагу.

И было одно «но». За недосугом в плане эвакуации ничего не говорилось о пленных. Устав, правда, предусматривал заботу о жизни пленников, представлявших ценность для «слова и дела Люциферова». Но какую ценность могут представлять несколько сотен молодых женщин и девушек, да еще десяток штатских мужчин? Разве что знаменитый повар?

До поражения вроде было еще далеко, и жизнь обитателей гиганта мало изменилась.