«Звездный череп», 570 парсеков от «Адского сада»

Проведя краткую инвентаризацию наличных ресурсов и запасов, Флинт огорченно покачал головой.

Само собой, захватчики вынесли все сокровища и даже более-менее ценное добро. К великому огорчению Флинта, и любовно собранный им компромат на Хушински тоже исчез из памяти бортового искина. Видимо, все дивиденды от его трудов соберет тайная служба Лиги, если оная уцелеет после этой войны.

Впрочем, потеряв добычу, они приобрели не меньше – трофеи тянули на миллиарды в любой валюте.

С едой было хуже – отныне им предстоит всё время полета питаться тем, что удастся изготовить на непрерывно барахлящем корабельном синтезаторе.

Оставалось только радоваться, что захватчики не выкачали энерган и не забрали запчасти.

Правда, они сняли со «Звездного черепа» этот необыкновенный сверхдвигатель – ну так пусть он так же поможет Темной Лиге, как помог он прежним хозяевам!

Во всяком случае, всё могло быть и хуже, много хуже.

Ну ладно, похоже, они оторвались от возможной погони, «Ангелы Ада» уже катапультированы за борт в одной из шлюпок, матросы Темной Лиги уже протрезвели и узнали, что их судьба зависит от того, насколько они будут послушными.

Оставалось решить вопрос с Хуком.

Флинт обдумывал, что делать, еще минут пять, а потом скомандовал в интерком:

– Боцману Джойсу подготовить захваченную нами шлюпку к полету…

…В карцер вошли двое. Его матрос и еще какой-то незнакомец в непонятной форме.

Молча они схватили его под руки, и повели куда-то.

Хук подумал, что пришел, должно быть, его смертный час, но испытал всего лишь тяжелую горечь.

Его привели на нижнюю палубу, где стояла шлюпка, которой раньше на «Черепе» не было, – видимо, новый трофей.

Оказавшись внутри, бывший капитан корсара обнаружил, что она загружена разнообразной едой, среди которой преобладали консервы из мухоморов.

Следом за Хуком в шлюпку, где уже стало тесно, влез Флинт – на секунду Хук даже подумал, что и старпом тоже разделит с ним изгнание.

Матросы поставили последний ящик с мухоморами на палубу и исчезли.

Они остались вдвоем.