Скажу честно, у меня перехватило дыхание.

– Видишь, Ааз, это тебе не хухры-мухры.

– Понятно, – сказал я упавшим голосом.

– Готовы? Начали!

Лучи прожекторов скользнули по арене. Грянул невидимый оркестр.

– Раз, два, три!.. – хором рявкнули «Ученики чародея».

Лучи софитов ярко высветили их руки. Двое игроков держали бумагу. Трое вооружились камнями. Один пощелкивал ножницами… На ладонях моих подопечных появились изображения свитков, сияющих драгоценных камней и пары сверкающих ножниц. Ножницы тут же набросились на свиток. Оставшийся пергамент накрыл один из камней. Два других камешка принялись угрожающе надвигаться на ножницы.

– Толк, давай! Фризия, вперед! Трутень, вперед!..

Барабаны грохнули с новой, оглушительной силой.

– Три за один раз! – возликовал Живоглот. – Превосходно!

Я же застонал от досады, когда трое участников, сгорбившись, понуро скользнули в темноту. Снова грянула музыка, еще громче прежнего. Живоглот оказался прав: зрелище воистину завораживало.

Оставшаяся троица – Полони, Джинетта и Мелвин – обменялась подозрительным взглядами. Купидон попытался обмануть извергинь.

– Раз, два… я не готов, – сказал он, отводя руку назад.

– Прекрати! – гаркнула на него Полони.

– Давайте на счет «три»! – решительно проговорила Джинетта. – Только спокойно. Готовы?

– Готов! – недовольно ответил Мелвин.

– Раз, два, три!..

– Бумага! – выкрикнул Шляйн. – Одинаковый выбор!

В следующее мгновение возникли три бумажных свитка.

– Раз, два, три!