— Рот закрой, альфа-самка! Я, между прочим, герцогиня! — хрипло огрызнулась Саша, снова что-то тренькая. — Любовь, любовь, какая же ты сука… Ты в сердце ломишься без стука… Любовь, любовь, ты подло ранишь в душу…

— А я принцесса! — послышался хвастливый Варин голос. — Так что принцесса — круче герцогини!

— Ой, девоньки, я бы сейчас съела суши! — простонала Элла, стуча ложкой. — Ой, а че я размешиваю? Сахара-то нет. Саша! Прекрати свой вой! Волчья стая на луну и то мелодичней воет, чем ты!

— Не нравится — не слушай! — возмутилась Саша, голося вороной с застарелым ларингитом. Если ворона из басни пела именно так, то весь лес выстроился бы к ней в очередь с кусками сыра в надежде, что она заткнется. Был бы среди «подношений» и плавленый сырок «Дружба-жвачка», и парафин под флагами Страны тюльпанов, и отечественный воск. Под деревом валялась бы убитая лиса, открывшая этот невероятный талант, с недоеденным куском сыра, который ей засунули в глотку. Так что ворона зря расстраивалась.

— Разбитое сердце опять не срастется… Осадок от чувства всегда остается… Любовь, любовь, какая же ты сука. Приносишь страданья, приносишь разлуку… — выла Саша, манерно выводя каждую немелодичную трель.

— Ненавижу ждать! — раздался высокомерный голос Галины. — Где мой чай? Почему мне чай не сделали?

— Руки есть? Встала и сама сделала! — огрызнулась Элла. — Чайник горячий. Только что кипел!

— Любовь, любовь… Лекарство от скуки… Но разве можно быть такой… сукой? Ты любовь не зови, не зови… Сердце закрыто навек для любви! — Саша пытала своим концертом уши всех присутствующих. Бесценный опыт. Теперь, если кого-то нужно сильно наказать, то достаточно закрыть его с Трубадурочкой в одной комнате. Судя по недовольным окрикам, Трубадурочка скоро получит по голове своей «бандурочкой».

— Ну что, красивые! Давайте по кружечке чая и кофея. За несостоявшуюся любовь! За этих козлов, которые нас не ценили! Все мужики — кобели, козлы и так далее! — раздался снисходительный голос Эллы. — Мы заслуживаем лучшего! А лучшее, конечно, впереди! Вот!

— Знаете, как у эльфов говорят? Пусть новые цветы весной будут прекрасней прежних! — заметила Варя.

Раздался звон кружек и стаканов. Мародеры нашли не только мои припасы, но и старые стаканы, долго пылившиеся в нижнем ящике моего стола.

— Короче, видела принца Любки… Красавец, шо капец! — заметила Саша, откладывая гитару. — Нет, ну реально классный… Такой заботливый, такой милый… А бабла просто немерено! Он Любке ни в чем не отказывает, прикиньте! Повезло ей… Хотя не понимаю, что он в ней нашел? Ни кожи ни рожи! Фигура у нее так себе… На троечку… А он просто ее боготворит!