Мев взглянула на замок, вспомнив о матери, но ей не хотелось спрашивать, знает ли мать об этой прогулке. Келли сжал ее руку, и они побежали искать Донала и выводить своих пони и лошадь.

Это был лучший день после возвращения их отца домой, даже езда тихим шагом вдоль гребней холмов на виду Кер Велла, ибо глаза Донала вновь загорелись, и он болтал об урожае, о новых жеребятах и телятах и смеялся, глядя на резвящихся ягнят. И им тоже тогда захотелось смеяться, ибо они поняли, что сделали что-то доброе, и мир, наконец, вернулся в свою колею, и что они были не правы, усомнившись в нем.

Но когда они добрались до границы своего путешествия — до конца изгороди, Донал остановил свою лошадь и замер, уставившись на северо-запад. Там лежали пределы их владений. Там был Кер Донн. Он сидел и сидел, и лошадь его стала спокойно щипать траву, и молчание затягивалось, становясь мучительным.

Келли заставил Фланна подойти ближе и взглянул на Донала.

— Когда мы потерялись, мы встретили речную лошадь, — осторожно промолвил Келли, — но Чертополох прогнала ее прочь.

— Чертополох.

— Мы слишком молоды, — сказала она, — чтоб нам знать ее настоящее имя. Когда тебе известно имя, ты можешь совершать с ним волшебство. Но думаю — с ней это не пройдет. А речная лошадь — она сказала нам ее имя.

Теперь Донал смотрел на них обоих. Он был мужчиной и взрослым воином, и морщины лежали на его челе, и шрам пересекал его, но он смотрел им в глаза, словно желая говорить с ними, словно что-то кипело внутри него.

— Я видел ее, — сказал Донал, хотя хотел сказать гораздо большее, чем это.

Мев взяла мешочек, висевший у нее на шее, и протянула его Доналу, хотя это было то же, что отдать кому-нибудь своего пони или дать порыться в своих сокровищах.

— Это ее подарок мне, — промолвила она. — Ты можешь взять поносить его. «На память», — сказала Чертополох. Ради надежды, когда ее не остается.

— Надежды на что? — спросил он.

Ей стало страшно — таким хриплым был его голос. Но она упрямо решила действовать до конца и скрыла свое смущение тем, что достала из мешочка листик и осторожно сжала его в руке, чтобы его не унесло ветром. Она понюхала его и снова протянула Доналу.

— Посмотри. Понюхай. Он все еще свежий спустя столько времени. Он напоминает мне запах леса после дождя.

Он взял листик и медленно двинулся прочь от них, туда, куда они не могли уже за ним последовать, потом остановился и сел спиной к ним посредине пастбища.

Она догадалась, что это было, и увидела, что Келли тоже понял, потому что он не сказал ни слова, а просто замер на своем пони в ожидании.