– Я не думаю, что могла бы как-то ответить тебе. Я люблю сказки. Но сказка – не жизнь. Ты понимаешь? Даже язык не похож на жизненный. «Если бы»…

– Понятно, – согласился смущенный Руин. Она впервые видела его смущенным. Запустив пальцы во внутренний карман, мужчина вынул маленькую бархатную коробочку. Открыл. Внутри, на складчатой бархатной подкладке лежало тоненькое серебряное кольцо с маленьким искристым бриллиантом. Вещица была такая изысканная и прелестная, что Катрина едва удержалась от восхищенного вздоха. – Катрина, ты выйдешь за меня замуж? Ты примешь от меня это кольцо?

Девушка приблизила лицо к коробочке и с любопытством осмотрела кольцо, не прикасаясь к нему руками. Потом откинулась на спинку легкого кресла, в котором сидела. На лице ее, спокойном и умиротворенном, сияла легкая улыбка, похожая на свет свечи во тьме.

– Подобные украшения недостаточно просто подарить. Их надо еще надеть на палец.

Лицо Руина вспыхнуло еще ярче, чем ее. Он торопливо вынул кольцо из коробочки и осторожно надел его на средний палец ее вздрагивающей левой руки.

– На средний? – удивилась она. – Почему?

– У меня на родине женщины носят обручальное кольцо на среднем пальце, а венчальное – на безымянном, – удивился Арман. – Я как-то не думал, что в других мирах бывает иначе.

– А ты не у себя на родине?

– Центр – моя этническая родина, если уж на то пошло… Ну теперь-то ты согласишься потанцевать?

Катрина кивнула и подала ему руку. Она танцевала неуверенно, но довольно неплохо, и когда Руин прижал ее покрепче и повел, любой не слишком искушенный наблюдатель решил бы, что если они и не профессионалы, то очень хорошие любители. Девушка никого не видела вокруг – они танцевали с краю площадки, почти в самых зарослях цветущего рододендрона. Ее смущала настойчивость жениха, но желание быть с ним рядом и даже чисто женское намерение, раз уж так сложилось, передать свою судьбу в его руки обезоруживало ее перед ним.

Она плохо себе представляла родной мир Руина, далекое и сумрачное государство на Черной стороне с говорящим названием Провал и, наверное, очень удивилась бы, если б ей объяснили, что ее взгляды на жизнь не так уж далеки от представлений провальских женщин. Само собой разумеется, она не желала видеть себя лишь одной из принадлежностей полноценной жизни супруга и была далека от того, чтоб взвалить на него абсолютно все заботы о себе и своих будущих детях. Но вот рядом оказался сильный и любимый мужчина, и Катрина с радостью доверила ему себя.

Она сомневалась, что мать и отец отнесутся снисходительно к ее браку. Она уже видела их недоумевающие глаза и недоверчивые улыбки. «Мортимер? – конечно же переспросит отец. – Ты уверена, родная? Разве можно строить семью с Мортимером»? А мать начнет говорить о том, что брак – это дело серьезное и надо сто раз подумать, прежде чем соглашаться на длительные отношения с представителем этого легкомысленного клана. Может быть, поколебавшись, она даже предложит дочери «проверить чувства» и пожить с мужчиной без брака, просто так. В ответ надо будет слегка оскорбиться и попытаться уверить их, что она любит его всем сердцем.