Добравшись до конца тоннеля, он оказался на дне шахты. Зеленоватый свет выявил небольшой сугроб посредине открытого пространства.

Ваймс зачерпнул горсть снега, а когда поднял лицо, снежинка опустилась и растаяла на его щеке. Он улыбнулся. Жучиный свет выхватил из темноты уходившую вверх спиралевидную лестницу.

Впрочем, лестницей это можно было назвать лишь с большой натяжкой. Когда прокладывалась шахта, гномы сделали отверстия в скале и вбили в них обрезки бревен. Он испытал пару ступенек на прочность. Вроде бы должны выдержать. Если продвигаться вперед осторожно, он сможет вскарабкаться…

Ваймс успел подняться достаточно высоко, когда сломалось первое бревно. Правда, он тут же вскинул вверх руки и ухватился за следующее бревно, но сразу же почувствовал, что пальцы соскальзывают с мокрого дерева. Жук-светлячок полетел вниз. Беспомощно раскачиваясь взад-вперед, Ваймс увидел, как круг зеленоватого света сначала сократился до точки, а потом и вовсе исчез.

Он с ужасом понял, что подтянуться не сможет. Пальцы уже онемели, и остаток жизни по своей продолжительности равнялся времени, в течение которого они еще смогут цепляться за отсыревшее дерево.

То есть не больше минуты.

В течение минуты можно сделать многое, но только если у тебя свободны обе руки и ты не болтаешься в темноте над бездной.

Пальцы разжались. Буквально через мгновение он шмякнулся на бревна-ступеньки ярусом ниже, которые мгновенно сломались.

Человек и бревна упали на следующий ярус. Ваймс ударился боком с такой силой, что у него даже ребра затрещали. Покачиваясь на бревне, которое почему-то выдержало, а не сломалось, он слушал грохот падавших на дно шахты обломков.

– …! – Ваймс хотел выругаться, но после падения никак не мог набрать в грудь воздуха. Он просто висел на бревне, будто сложенные штаны.

Он давно не спал. То состояние, в котором он пребывал на каменной плите в камере, нельзя было назвать сном. После нормального сна во рту не возникает ощущения, словно его залили клеем.

А ведь еще сегодня утром новый посол Анк-Морпорка вручал свои верительные грамоты. А вечером главнокомандующий Стражей Анк-Морпорка собирался раскрыть кражу, казавшуюся такой простой. А сейчас он болтается в какой-то ледяной шахте, и лишь несколько дюймов прогнившей, ненадежной древесины отделяют его от короткого путешествия в мир иной.

Он надеялся только на одно – на то, что вся его жизнь не промелькнет перед глазами. Были в ней определенные эпизоды, которые очень не хотелось вспоминать.

– А… сэр Сэмюель. Какая неудача. А ваши дела шльи так успешно.