Со стороны центра города иногда доносился барабанный бой – кто-то перемещал войска.

– Сержант?

Ваймс опустил взгляд. Над верхней ступенькой лестницы, ведущей на баррикаду, появилось лицо.

– А, Сандра! Не знал, что ты к нам присоединилась.

– Я вовсе и не собиралась, но потом вдруг появилась эта огромная стена…

Девушка поднялась на баррикаду. В руке она держала маленькое ведерко.

– Доктор Газон посылает вам привет. А еще он очень просил поинтересоваться: как так получилось, что вы до сих пор никого не избили? – сообщила она, поставив ведро. – Он надраил три стола, вскипятил два ведра дегтя, нанял шесть женщин, чтобы те скатывали бинты… А единственный пациент, которого ему пока пришлось врачевать, страдал кровотечением из носа. Доктор говорит, вы его очень сильно подвели.

– Передай ему в ответ сердечное «ха-ха-ха», – ответил Ваймс.

– Я принесла вам завтрак, – сказала Сандра, и Ваймс заметил, что снизу, не особенно скрываясь и гнусно хихикая, за ним наблюдают подчиненные.

– Грибы? – спросил он.

– Нет, – ответила девушка. – Меня просили передать, что, поскольку завтрашний день уже наступил, вы можете получить все, чего так желали…

Ваймс на мгновение напрягся, не до конца понимая, что еще приготовила ему жизнь.

– Яйцо вкрутую, – объяснила Сандра. – Но Сэм Ваймс сказал, что, должно быть, вы любите, чтобы желток был жидким, а тосты нарезаны палочками-«солдатиками», чтобы макать в желток.

– В точности как он, – едва слышно произнес Ваймс. – Да, Сэм правильно догадался.

Ваймс подбросил яйцо высоко в воздух, надеясь его тут же поймать. Но вдруг услышал звук, словно кто-то щелкнул ножницами, и через мгновение на него упал действительно жидкий желток и осколки скорлупы. А потом градом посыпались стрелы.

Шум разговоров становился все громче. Мадам подошла к группе людей, окружавших Ветруна. Но через несколько секунд они как по волшебству остались вдвоем; все недавние собеседники патриция вдруг увидели кого-то, с кем им срочно требовалось поговорить.

– Ты кто такая? – осведомился Ветрун, награждая ее ощупывающим взглядом. Ничего предосудительного – именно так мужчины смотрят на женщину, которая подозревается в ношении скрытого оружия.

– Мадам Роберта Мизероль, милорд.

– А, которая из Орлеи? – ответил Ветрун и фыркнул, что на его языке означало улыбку. – Я много интересного слышал об Орлее.

– Думаю, я могу вам рассказать о ней еще больше, милорд, – сказала Мадам. – Но сейчас нам пора приступать к торту.