– Время остановилось для всех, кроме тебя, – терпеливо объяснил Метельщик. – На самом деле это, конечно, ложь от первого до последнего слова, но весьма полезная ложь. Она позволит нам выгадать несколько драгоценных мгновений…

Ваймс огляделся по сторонам – теперь у него появилось на это время, ну или что-то вроде. На улице потемнело, будто схватка происходила в предрассветных сумерках. Цветными были только рясы и лица Метельщика и Ку, выкатывавших из переулка небольшую тачку. На ней стояли два каменных цилиндра и лежало закутанное в саван тело Джона Киля.

– У нас для тебя хорошие новости, – сообщил Метельщик.

– Правда? – только и смог выдавить Ваймс.

Он подошел к телу.

– Ага, – откликнулся Ку, снимая с тележки каменные цилиндры. – Мы думали, нам придется уговаривать тебя снять доспехи, но оказалось, в этом нет нужды.

– Потому что они все равно останутся здесь, – сказал Лю-Цзе. – Они ведь отсюда, понимаешь?

– Нет, – ответил Ваймс. – Ни слова не понял из всей вашей болтовни. – Он прикоснулся к телу. – Холодный. Это я хорошо помню. Он был ужасно холодным…

– Да уж, в морге не тепло, – как ни в чем не бывало заметил Метельщик.

– Командор, сосредоточься, прошу тебя, – вмешался Ку. – Когда мы приведем в действие…

Ваймс с ненавистью уставился на монахов. Метельщик положил ладонь на плечо Ку.

– Нам с тобой надо отойти по одному важному делу. На пару минут, – сказал он.

– Да, но я должен объяснить ему, что…

– Нам с тобой надо отойти по одному очень важному делу. На пару минут, – повторил Метельщик, скорчив страшную рожу.

– О? Что? Да. Э… дело… Да. Важно нужное дело сделать. Нужно… важное…

Они отошли. Краем глаза Ваймс следил за тем, как они ходят взад-вперед по улице, как будто замеряют ее.

Тело Джона Киля лежало перед ним. Что тут можно сказать? Мне очень жаль, что ты умер? В той, прежней истории Киля не зарезали в темном переулке, он погиб на баррикаде. Впрочем, какая разница, как он умер? Так или иначе, он был мертв.

Ваймс был не особо силен в религиях. Он ходил на похороны стражников и присутствовал на всяких религиозных церемониях, когда того требовали обязанности командора Стражи, но что до остального… За свою жизнь он повидал немало такого, после чего пропадает всякое желание верить не только в богов, но и в людей. Даже собственным глазам перестаешь верить. Насколько он помнил, Киль рассуждал примерно так же. Ты просто живешь и решаешь задачи по мере их поступления. Если боги и существуют, наверное, они тоже… просто трудятся себе, и все. И не стоит отвлекать их по всяким пустякам.