Да, ему приходилось заниматься делом Рамана Ковича и Павлы Нимробец – в связи с тем давним случаем, когда сааг трижды нападал на одну и ту же сарну, было принципиально важно выяснить, нет ли со стороны хищника превышения нормы агрессивности… Нет, конечно, превышения не было. Вся та история была просто набором несчастных случайностей – и, опять-таки к несчастью, сказалась на психике девушки Павлы. Именно с тех пор начались ее беспокойство, фобии… Болезнь вылилась в острое расстройство, девушка была госпитализирована, но, к сожалению, однозначных результатов лечение не принесло… Снова-таки к сожалению, те события оставили след на психике самого Ковича – отсюда эта болезненная страсть копаться в подробностях мира Пещеры, а, поскольку Кович, без сомнения, талантлив, эта навязчивая идея вылилась в спектакль, порождение болезненной фантазии, провоцирующее нервные срывы у соприкоснувшихся с ним людей, взять хотя бы этого бедного парня, актера Валя, который покончил с собой… Нет, он, сокоординатор, никого ни в чем не обвиняет. Но он врач, он сталкивался с подобными ситуациями, он поклонник творчества Рамана Ковича, а потому советует ему, как друг: лучшее, что можно сейчас сделать – провести месяц в горном санатории, наедине с природой и под наблюдением опытного доктора. Возможно, медикаменты… но это не обязательно, это по решению лечащего врача. Что до Павлы Нимробец… судя по словам Ковича, девушка переживает период нового обострения болезни, возможно, ее снова придется госпитализировать, но и это, опять-таки, не смертельно, современная медицина располагает…

– Тритана Тодина уже вылечили, – сказал Раман глухо.

Некоторое время обладатель круглых очков удивленно смотрел на него, подняв брови, потом за стеклами очков появилось понимание:

– А… Да. Бедная девочка. Я забыл, что Тритан был ее мужем… Кажется, всего как месяц или два. Бедняга… Поддержите ее, Раман.

Сидящий за столом человек говорил так искренне, что Кович на секунду растерялся: притворяется? Нет? Не знает? Второй сокоординатор – НЕ ЗНАЕТ?!

– Вы что, не знаете обстоятельства гибели Тодина? – спросил он напрямую, возможно, слишком грубо, но очень уж он был потрясен.

– Сон его был глубок, и смерть пришла естественно, – нехотя пробормотал сокоординатор. – Все мы смертны… Но всегда берет оторопь, когда молодой еще, внешне здоровый… вы знаете, что у Тритана были… проблемы с формулой крови? Не знаете… и я не знал, до сегодняшнего дня. Так что… бедная Павла, если она вообразила себе, что гибель Тритана связана с… Бедная Павла, все что я могу сказать. Раман, вы как взрослый, все-таки, человек… Подумайте о моих словах. И помогите Павле… Я хотел бы встречаться с вами только на премьерах, а не в кабинете психиатра… Прощайте.