Затем вступила Опекающая:

Потом настал черед Охотницы:

И наконец петь стали все три разом:

Закончив песнь, они громко произнесли:

– Это место освящено для нашей церемонии и защищено от нечестивцев и дурных мыслей.

– Что это они делают, а, господин копиист? – нервно поинтересовался барон. – Не собираются же эти полоумные монашки в самом деле принести нас в жертву?

– Кто знает?

– Но это же варварство! На дворе стоит просвещенное осьмнадцатое столетие! А тут самая настоящая дикость! Хм, Геката! Scheise!..

Арап вытащил из костра полено и погрузил его в большой бронзовый чан с водой. Женщины по очереди совершили в нем омовение лиц и рук. За ними умылся чернокожий, а после побрызгал кропильницей на пленников, заслужив очередную порцию брани из их уст.

Опекающая произнесла:

– В эту ночь мы собрались все вместе, как в древние времена, чтобы приветствовать луну в ее величии и почтить всех богов и богинь, которых мы почитаем. Мы почитаем тебя, о Великая, желая, чтобы твоя сила возросла и обогатила нашу жизнь. Мы взываем к тебе, чтобы ты обратила на нас свое внимание здесь и сейчас!

В ответ на эти слова ее подруги сказали:

– Мы приветствуем тебя, о Великая Мать!

После этого Охотница наполнила свой кубок вином со словами:

– Мы подносим тебе, о Великая! Этот скромный дар, смешанный с нашей радостью от встречи с тобой!

Отпила из кубка и вылила остатки в особый золотой кубок. Затем вновь наполнила первый и передала Опекающей. Та осенила сосуд неким знаком, пригубила, а пару капель также вылила в золотую чашу.

Простой кубок побывал в руках старшей, арапа и еще каких-то людей, прятавшихся в полумраке, скрывавшем стены. Помазали вином и губы барона с Иваном.

Настала очередь Колдуньи.

Она взяла еловую ветвь, опустила ее в златой кубок и окропила алтарь, место и всех присутствующих, каждый раз говоря:

– Именем Великой богини освящаю и дарую часть силы ее!