Киммерин подняла голову. Ее взор был затянут багровой пеленой, но главное она смогла разглядеть. Тела Хозяев Гамелинов были притянуты друг к другу невообразимой черной змеей. Их рты были перекошены криками боли. Шет оке Лагин подымался на ноги, и в его руках сверкал Коготь Хуммера…

Этот человек отнял у нее Артагевда. Теперь он собирается забрать жизни последних достойных людей Синего Алустрала. А потом он сожрет и сам Синий Алустрал…

У Киммерин не было стали. Ее «крылатые ножи» были истрачены все до единого. Ее меч рассыпался в прах при встрече с Когтем Хуммера.

В ухе Сиятельного князя вспыхнула изумрудная звезда, и это подсказало Киммерин выход.

Впитав в себя, как ей казалось, всю Ярость Вод Алустрала, Киммерин вскочила на ноги и, обратившись быстрой стрелой из плоти и крови, устремилась к изумрудной звезде, выбросив вперед руки.

Ее крепкие пальцы сомкнулись на колдовском серебре Шета. Плоть Киммерин в одно мгновение вспыхнула внутренним холодным пламенем от кончиков ногтей до пят. Киммерин была мертва, но силы судорожно сведенных пальцев и тяжести ее бездыханного тела хватило, чтобы разодрать ухо Шета и вырвать из него серьгу Хуммера. Киммерин упала, и Шет оке Лагин упал вместе с ней.

Шурша и поскрипывая, песчаная змея, сковывавшая доселе члены Хозяев Гамелинов, начала рассыпаться…

19

19

Гаасса оке Тамай, самый младший и низкородный в Совете Шести, всегда мечтал выслужиться перед Сиятельным князем. С утра до ночи Гаасса штудировал «Ретарскую войну» Хаулатона, «Отчет кормчего» и «Наставления флотоводцу». В скоротечной войне со смегами он умело водил вверенные ему шестнадцать галер и не потерял ни одной из них. Увы, почести и награды достались другим, а Гаасса оке Тамай мог лишь утешиться упованиями на будущее.

И эти упования оправдались. Сегодня наступил его день.

Когда рухнула Стена Стагевда и галеры Маты оке Гадасты втянулись в гавань Дагаата, чтобы спустя полчаса обратиться огромными кострами, Гаасса оке Тамай приготовился к решительным действиям. Он ожидал, что Сиятельный князь прикажет его галерам немедленно растащить хотя бы несколько горящих кораблей, чтобы направить в образовавшуюся брешь подкрепления попавшему в беду Мате оке Гадаете. Вместо этого Сиятельный князь изволил покинуть «Молот Хуммера» на восьмивесельной лодке и направился к пылающим кораблям. Он исчез в огне, и Гаас-се оке Тамаю стало ясно, что отныне он – старший в варанском флоте. Под его началом разом оказались восемьдесят галер.

«Плох тот, кто уповает на разумение старших начальников, не заботясь о своем волеизъявлении в битве ли, в походе ли» – так было написано в «Наставлениях флотоводцу». Впрочем, и без всяких наставлений Гаасса понимал, что нет никакого смысла держать целых восемьдесят галер без дела. Достанет и шестидесяти.