Самюэль не был крупным человеком, но был мускулистым. Безусловно, он был сильнее. Не было никакого способа высвободиться без борьбы, а для схватки с ним её положение оставляло желать лучшего. На таком близком расстоянии она даже не сможет действенно врезать кулаком. В такой близости, без ножа, без кого-либо, кто бы смог придти к ней на помощь, слишком мало было надежды суметь отбиться от него.

Даже притом что он был значительно сильнее, и она спала, он всё же действовал настороженно. Он ошибся, решительно не выведя её из строя. И вопрос был вовсе не в недостатке возможностей или преимущества, а в недостатке храбрости. Единственным преимуществом в этот момент было то, что он не действовал стремительно, и что он не подозревал о её бодрствовании. Ей не хотелось упустить это преимущество. Когда она начнёт действовать, то неожиданность поможет даже уравновесить силы и даст ту возможность, которая не представится вновь.

В голове она стремительно перебрала возможные варианты. Оставалось только одно — ударить первой. И она должна сделать это рассчётливо.

Первое, что пришло на ум — двинуть коленом в то место, удар по которому доставит ему наибольшую боль, но если учесть, что она лежала на правом боку, а её ноги были обёрнуты одеялом, и ещё учитывая, что он, раположившись над ней, прижал это одеяло, то подобное действие окажется плохим вариантом первого удара.

Между тем, её левая рука была свободна и лежала, как раз, на одеяле. Похоже, это её лучшая возможность. Не дожидаясь, пока станет слишком поздно, она ударила сильно и быстро, столь же резко, как змея, пытаясь выбить ему глаз большим пальцем. Изо всех сил она давила на мягкую ткань его глаза.

Он вскрикнул от испуга, резко отдёрнув своё лицо назад и в сторону. Быстро очухавшись, он отшвырнул прочь вцепившуюся в его лицо руку. В тот же самый момент он навалился на неё всем своим весом, со свистом выдавливая весь воздух из её легких.

Но, прежде чем она смогла вдохнуть, он передавил рукой горло и обеими руками прижал её голову к земле, не давая ей перевести дыхание. Кэлен пиналась и выкручивалась из всех сил в попытке вывернуться. Но это было равносильно попытке высвободиться от медведя. Она никак не могла состязаться с его силой и весом, особенно в той уязвимой позиции, в которой она была. У неё не было никаких средств, чтобы скинуть его и никакого эффективного способа, чтобы ударить.

Кэлен вывернула голову подальше вправо, чтобы ослабить прямое давление его локтя на горло. Наконец, силой мышц своей шеи ей удалось высвободиться из-под критического давления настолько, что она смогла вдохнуть.