– Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо.

– Ты что, не понимаешь, что это должно быть отвратительно? – В голосе гипнотизера появилось раздражение. – Это очень плохой человек!

– Нет, это хорошо, он хороший.

– Он говорит что-нибудь?

– Он поет. Молится. Он костер зажег и дым делает из травы.

– Что он поет?

– Не знаю. Такого языка не бывает.

– Ты не знаешь языка, на котором он поет?

– Нет. Такого языка не бывает.

– А что он теперь делает?

– Он сварил мазь. И мажет меня. – В голосе девушки неожиданно появились чувственные нотки, она издала легкий стон. – Очень приятно…

– А потом?

– Все. Ничего нет. Темно.

– Марина, у тебя сильный ожог на груди, поврежден один палец на руке. Ты можешь сказать что-нибудь об этом?

– Нет.

– Ты не видела с ним собаку? Большую серую собаку?

– Нет… О, черт! Не надо! – Из магнитофона раздался звук падающего тела, испуганные возгласы. Девчоночий голос истошно завопил: "Нет, не надо! Нет! Мне больно! Я не хочу!", – и захлебнулся булькающим звуком.

Профессор нажал на кнопку.

– Это все. Дальше девушка неожиданно впала в крайне возбужденное состояние, близкое к эпилептическому. Врачам с трудом удалось прекратить припадок. В настоящее время она находится в психиатрической лечебнице. Впрочем, поправляется удивительно успешно.