– Предыдущее тело большую крепость собою являло, почтенный Гоор-Гота, – обратился к первому второй призрак.

Призраки думали-разговаривали на странном языке – Демид никогда не слышал такого, тем не менее понимал его совершенно ясно. Демид осознал вдруг, что знал этот язык всегда – еще до того, как произнес свое первое младенческое слово. Что-то древнее, древнее того мира, который он знал, шевельнулось в глубине его души.

– Физическая масса тела не означает заведомо его превосходства над прочими, почтенный преемник, – ответил тот, кого назвали Гоор-Готой. – Известно мне пристрастие твое к крупным телам людей, но опыт мой возвещает: главное, что определяет успех в земной фазе существования, есть способности, выходящие за рамки человеческие, тела, в которое ты вселяешься. Иначе говоря, чем меньше принимающий тебя будет иметь сути человеческой, тем больше у тебя будет вероятности выжить в борьбе с Мятежником.

Демид неожиданно понял, кого напоминают ему эти две уродливые фигуры. Полупрозрачная чешуя грязно-зеленого цвета, недоразвитая круглая голова, сидящая без шеи на длинном бочкообразном туловище и разрезанная от уха до уха огромной зубастой пастью. В противовес маленьким и слабым верхним конечностям нижние были мощны и упирались в пол гигантскими кривыми когтями. Длинный хвост, покрытый зазубренными шипами, жил собственной жизнью, змеею извиваясь по полу. Если бы существовали ангелы у динозавров, они, наверное, выглядели бы, как эти призрачные ящеры: не хватало только перепончатых крыльев за спиной. Но, главное, существа эти в точности напоминали чешуйчатого монстра, в которого на мгновение превратился, умирая, Гоор-Гот, убитый Демидом.