– И как же ты собираешься уничтожить меня, жалкий придурок? – Лека пыталась сохранить самообладание. – Ведь ты не знаешь моего Имени! Ты не сможешь составить заклинание! Все, что ты сможешь сделать – заставить меня перейти в другое тело.

– Опять ты блефуешь, старый лис! – осклабился разноглазый. – Куда ты собираешься перейти, позволь полюбопытствовать? В эту тухлую рыбу? Или может быть, в чаек на берегу? Скатертью дорога! Здесь нет ни одного человека в пределах километра, а такая дистанция, насколько я знаю, для тебя непреодолима, неполноценный уродец! Честно говоря, мне надоело трепаться с тобой. Через несколько минут ты полетишь в Мир Тьмы, прямо в зубки к своим истосковавшимся братцам. Мне даже не интересно, что они там будут с тобой делать – у меня слишком много дел здесь, в Цветном Мире. Я собираюсь заварить здесь хорошую кашу, повеселиться и поиграть с людишками вдоволь. По-моему, они слишком расслабились и привыкли к легкой жизни за те тысячи лет, что ты не давал Духам свободного прохода в Цветной Мир!

"Эдвард, Эдвард, – мысленно позвала Лека. – Проснись! Не сдавайся так просто, Эд! Сопротивляйся этому ублюдку!"

Человек дернулся, лицо его болезненно скривилось. Лека уловила постороннее движение где-то в потаенном уголке его сознания.

– Все, хватит. – Враг бросил на Леку взгляд, полный ненависти. – С тобой нельзя играть, Мятежник. Ты хитрая опасная змея. Я даже разговаривать с тобой не буду. Я просто отрежу твою прелестную головку и воткну кол тебе в сердце. Дерева здесь хватает.

Он повернулся и с треском выдрал доску из стены. Потом присел на корточки и начал строгать ее ножом, заостряя конец. Лека болталась на крюке, раскачиваясь от порывов ветра, налетающего через окно. Она выкинула из головы мысли о Мятежнике и Табунщике – не было ей дела до этих аморфных тварей, беззастенчиво выживающих людей из их тел. Лишь два человека во всем мире занимали ее сейчас – Эдвард и своя собственная персона.

"Эд, ты слышишь меня? – снова позвала она. – Эдик, милый мой, отзовись!"

"Да, да, – услышала она далекий голос, – Боже, что со мной?"

"Это я, Лена! Эдик, ты видишь что-нибудь?"

"Ничего… Темнота… Что со мной, Лена?"

"Ты в плену. В плену чужой воли. Ты должен проснуться, Эд. Ты должен собрать все свои силы. Иначе погибнем мы оба. Ты – сильный человек. Тебе будет больно, очень больно, но я знаю – ты сможешь…"

"Лена… что я должен делать?"

"Свет. Ты должен увидеть свет в беспросветном мраке. Иди к свету! Как бы трудно тебе не было, иди!"

"Свет… Я вижу его!…"

…Сильный удар вернул Леку к реальности. Враг стоял перед ней, лицо его перекосилось от боли. Рука его дрожала, пытаясь удержать нож.