– А я скажу тебе, что. Дело даже не в том, что ступица в твоем якобы новом байке полетела через месяц. И не в том, что ты, дурень, сунул туда подшипник от "Явы", хотя тебя предупреждали, что они не сопрягаются. А дело в том, что ты – жмот! Тебе же Рыжий предлагал хорошую выколотку? Нет, денег ему, видите ли жалко – решил сэкономить! Чем ты выпрессовывал подшипник – старой монтажкой? А в результате разбил посадочное гнездо, и перекосил все к чертовой матери! Тебя и так уже мотает из стороны в сторону – на шоссе не умещаешься. А не будешь слушать умных людей, точно тебе говорю – поймаешь столб и станет на свете одним идиотом меньше.

Лека засмеялась. По части любой техники переспорить Коробова было невозможно. Собственно говоря, настоящим технарем он не был – образования не имел. Просто он относился ко всем машинам, мотоциклам и прочей механике, как к живым существам. Иногда он признавался Леке, что его паранормальные способности в отношении "механических существ" простираются дальше, чем в отношении созданий одушевленных. Демид, человек прагматичный, извлекал из этого выгоду. Со всех концов города, да и из более отдаленных мест тянулись к нему владельцы закашлявших, захромавших, дымящих и увечных машин. Автомобили, подлежащие осмотру, собирались на платной стоянке неподалеку от деминого дома. Демид называл себя просто "диагностом". Он вылезал утром на площадку в запачканной телогрейке и медленно двигался вдоль ряда машин. Он выслушивал стетоскопом двигатели, ощупывал привода и подвески черными от масла руками, залезал под капот с головой, пытаясь открутить вожделенную гайку или достать щупом оборванный провод. Но все это было чистейшей воды бутафорией – Дема честно отрабатывал свой хлеб, создавая видимость тщательного осмотра. На самом деле он знал причины неисправности сразу – стоило ему только подойти к машине и нежно погладить ее рукой, как больного ребенка. Демид не боялся отпугнуть клиентуру. Он прекрасно знал, что работа у него будет всегда – пока существуют на свете машины, и пока они ломаются. Но он знал человеческую психологию, да и просто не хотел пугать людей своими ненормальными способностями. Повозившись с машиной минут пять, Демид называл источник неисправности. Он не ошибался никогда.

"Затормаживается неравномерно? Вправо уводит? Говоришь, тормоза смотрел? Тормоза тут не причем. У тебя правый сайлент-блок полетел. Втулки уж друг об дружку трутся. Меняй, меняй, не жмоться, а то всю резину сотрешь".

"У тебя что? Бензин жрет? Нет, карбюратор регулировать без толку. Свечи смени. Ну и что, что фирма "Бош"? На бошевских свечах 14 тысяч полагается ездить, а ты уже 30 накрутил. Дел-то на копейки!"