Он схватил девушку за шею и бедро и кинул ее на стол. Она оказалась очень легкой – удивительно, как такой хрупкий объект смог оказать столь значительное сопротивление. Солдат не собирался сильно наказывать ее. Десять ударов – вполне достаточно. Плохо убивать людей. Достаточно выбить из них зло, и они поймут, что больше так поступать не стоит.

"УБЕЙ ЕЕ ", – неожиданно услышал он голос. Не узнать этот голос было нельзя. Отец Ираклий, это он разговаривал с солдатом. Солдат не удивился. Ираклий всегда был со своими детьми. Он всегда знал, что они делают. Он всегда был здесь, в голове, как частица Добра, вживленная в душу. И он никогда не ошибался. А потому не ошибались его дети, выполняя его приказы.

"УБЕЙ ЕЕ. НЕМЕДЛЕННО. УБЕЙ ЕЕ. НЕМЕДЛЕННО. ЭТО НЕИСПРАВИМЫЙ ВРАГ ДОБРА. ПОДЛЕЖИТ УНИЧТОЖЕНИЮ. УБЕЙ ". – Солдат еще не убивал людей, но знал, как это делается. Всего один удар палкой – вот сюда, по незащищенному горлу. Он поднял свое оружие. – "УБЕЙ ЗЛО, СЫН МОЙ ".

Резкий рывок – и дубинка вылетела из его рук. Еще рывок, и сильная рука развернула солдата лицом к молодому человеку. Солдат дернулся, пытаясь с ходу атаковать незнакомца, но из серых глаз чужака исходила такой парализующий импульс, что руки парня невольно разжались, голова его закружилась, и он пошатнулся, оперевшись на стол. Такие же странные глаза у Ираклия нет не такие этот человек похож на Ираклия но является его полной противоположностью если Ираклий воплощенное Добро значит этот воплощенное зло убить его скорее но почему же не слушаются руки…

– Стой спокойно и не двигайся, – сказал Демид. Он подошел к Леке и прижался ухом к ее груди. – Бедная глупая девочка… Вечно ты подставляешь голову под тумаки, которые причитаются мне. Драться я тебя научил, а вот осторожности – нет. – Он стащил через голову свитер и подложил девушке под голову. – Потерпи еще минутку.

В кафе уже никого не было, кроме участников побоища – испуганные посетители давно разбежались. Милиция, разумеется, не спешила, и Демид догадывался, почему.

– Эй, иди сюда! – Он поманил пальцем посеревшего от страха бармена. – Что, приятель, испугался? Не ожидал такого? Сейчас ты мне кое-что расскажешь…

* * *

Лека открыла глаза. Она лежала в своей постели, а Демид сидел рядом и внимательно глядел на нее.