«Если я скажу им, откуда взялся мальчик, они не выпустят его из храма», — подумал он.

Он и сам не знал, почему так уверен в этом. Конечно, братья встревожились и даже немного рассердились, что мальчик посмел вторгнуться в Святилище Тайн, но не слишком сильно. Чет понимал, что скрыть истину необходимо, даже если это эгоистично и опасно. Однако на Уэдж-роуд его возвращения ждала Опал, и, конечно, она сейчас очень беспокоилась — не только за мальчика, но и за своего мужа. Чет не мог явиться домой и сообщить ей, что мальчик стал пленником храма.

Братья не пустили Чета дальше наружного помещения — большого зала, высеченного в камне. Его посещали все жители Города фандерлингов, но только по самым большим праздникам. Внимательно выслушав рассказ Чета, братья внимательно осмотрели мальчика и попытались его разбудить. Безуспешно. На теле Кремня не было ни ран, ни ссадин, ни синяков на бледной коже, но никакие ухищрения не могли вывести его из состояния глубокого сна. Братья даже принесли на руках деда Серу — морщинистого старика с дикими глазами, — чтобы тот осмотрел Кремня. В своих вещих снах Сера видел крышевиков и волнение в Глубинном море. Чет заволновался и решил было, что все пропало. Но дряхлый старец сообщил, тряся безволосой головой, что не видит и не чувствует в Кремне ничего необычного.

В конце концов брат Никель сказал Чету:

— Больше нам нечем тебе помочь. Неси его домой.

Чет допил воду из чашки. За последние несколько часов он опустошил целую бадью, и каждая капля приносила ему блаженство.

— Я не донесу его один, — сказал он.

— Мы отправим с вами брата, чтобы помог нести носилки.

— Мне думается, я тоже сяду на носилки, — заявил Жуколов своим тоненьким, писклявым голоском. — Все лучше, чем у вас в кармане, где очень сильно пахнет, прошу прощения, и чем на старой летучей мыши, такой костлявой.

Никель посмотрел на крышевика с суеверным подозрением, словно на говорящее животное, и ушел отдавать распоряжения.

Молодой послушник по имени Антимоний взялся за носилки спереди, а Чет — сзади. Их провожала молчаливая толпа братьев. Чет совершенно обессилел и радовался, что кому-то другому придется находить дорогу и выбирать наиболее удобный путь. Он посмотрел на Кремня — тот лежал бледный и неподвижный, но удивительно спокойный. Сердце Чета переполняла тревога, но он испытывал глубокую благодарность крышевику и метаморфным братьям: он нес домой живого ребенка, пусть даже и больного.

— Вы действительно прибыли верхом на летучей мыши? — спросил он Жуколова.

Крышевик устроился в изголовье носилок, чтобы его случайно не раздавили.