– Добрый день, молодой человек.

– Добрый день, монсеньор, – голос Герарда дрогнул, и он по-жеребячьи вскинул голову. Они с Алвой были примерно одного роста, может быть, Алва на палец повыше.

– Вы, помнится, мечтали о военной карьере?

– Да!

Мечтал – это мягко сказано. Это было смыслом жизни сына. Насколько Арнольд, раздери его кошки, был трусом и лентяем, настолько Герард рвался в армию. Хотя с фамилией Арамона весело ему там не будет.

– Мой оруженосец был вынужден меня покинуть, – ровным голосом произнес герцог. – Прошлый раз я предлагал вам службу в Торке. Это предложение остается в силе, но, если вы хотите, я готов взять вас к себе. Порученцем. Справитесь – после первой же кампании получите офицерский чин, нет – сами виноваты.

– Я согласен, монсеньор, – казалось, вокруг сына разлилось сияние. – Что я должен…

– Привести в порядок свои дела. Двух дней вам хватит?

– Да…

– Послезавтра в десять утра приходите ко мне. Я приму вашу присягу.

– Монсеньор…

– Послезавтра в десять. До свидания, сударыни.

Луиза на ватных ногах пошла следом за Герардом, провожавшим невиданного гостя. Сын нужен Первому маршалу Талига? Первый маршал Талига сам пришел за ним в мещанский дом? Создатель, этого не может быть!

У порога Рокэ Алва обернулся:

– Подумайте еще раз. Я не из тех людей, с которыми легко. Вы вправе отказаться и отправиться в Торку.

– Нет!

Синий взгляд задержался на лице сына, затем Первый маршал Талига усмехнулся, но как-то невесело, и вышел, не сочтя нужным прикрыть за собой дверь.

– Мама! – Герард говорил шепотом. – Мама, я не сплю?

– Нет, – через силу произнесла Луиза, смотря, как герцог подходит к роющей землю лошади и разбирает поводья, – не спишь.

Почему вокруг ее сердца обвилось что-то вроде змеи? Холодной, скользкой, ядовитой… Герард не должен уходить, это опасно! Ему лучше остаться здесь. А ему нужна эта безопасность? Он не Арнольд и не простит, если она его не отпустит, хотя что за глупости?! Если его не отпустить, Герард уйдет без разрешения, как ушла бы она сама, помани ее в свое время ожившая мечта. Луиза бодро улыбнулась: