Ваше Высокопреосвященство, все мы знаем, что Алве нравится играть с огнем и пока он выигрывает, но…

Манрик любил делать многозначительные паузы. Те, кто хотел понять, понимали, сам же тессорий не произносил ничего его порочащего.

– Вы полагаете, граф, что с этой дуэлью не все гладко? Рокэ Алва нуждается в охране?

– Безусловно, – тессорий задумчиво переложил несколько переплетенных в кожу книг для записей с одного места на другое. – Первый маршал Талига мне и моим сыновьям симпатичен, но даже будь мы в ссоре, я сказал бы то же самое. Алва слишком дорогая лошадь, чтоб подпускать к ней волков. Сегодня обошлось, а завтра?

– Вы ведь очень заняты? – Его Высокопреосвященство тоже мог быть многозначительным.

– Время, если нет другого выхода, можно растянуть, тем более отчет закончен. Остается ждать, когда с ним ознакомятся Лучшие Люди и Его Величество.

– Я просил Его Величество утвердить тайную инспекцию для расследования покушения на герцога Рокэ Алву.

– Вы имеете в виду…

– Выстрел на улице Мимоз, но если инспекция найдет свидетельство того, что это лишь часть заговора…

– А это вполне вероятно, – медленно проговорил тессорий. – Рокэ Алва – гордый человек, он предпочитает защищаться сам, но сцена в доме кансилльера наводит на мысль о попытке отравления. К счастью, неудачной.

– Так вы готовы взяться за дело?

– Почитаю своим долгом. Ваше Высокопреосвященство, я считаю необходимым переговорить с оруженосцем герцога Алвы.

– Зачем вам этот юноша?

Леопольд Манрик весьма убедительно удивился:

– Он мог заметить, кто и откуда стрелял в его сюзерена.

– Да, действительно. Вы можете поговорить с ним, но мне кажется, юноша будет более откровенен в отсутствие герцога.

– Несомненно. Ваше Высокопреосвященство, я полагаю своим долгом навестить Ее Величество и выразить ей свое сочувствие.

– Вы абсолютно правы, Леопольд. Более того, я предлагаю сделать это прямо сейчас. Я, как духовное лицо, должен был прийти с утешением немедленно, но дела государственные превыше скорбей одного человека.

Его Высокопреосвященство поднялся, едва удержавшись от того, чтоб коснуться груди. Дурная привычка, не стоит ее выказывать. Манрик умен, он поймет, что кардинал хватается за сердце неспроста.

– Ваше Высокопреосвященство, я полагаю, Ее Величество захочет выслушать рассказ очевидца.