– Герард, ты видел, как одет монсеньор? Ничего лишнего. Нам надо подумать, в чем ты к нему явишься.

Из сына не выйдет ни лавочника, ни нотариуса, только военный. Так пусть идет за своей звездой, за своей синей звездой, а ее дело молиться за него… за них обоих!

3

Лис остается лисом, какого бы цвета ни была его шкура. Белые лисы дороже, рыжие увертливее. Дед нынешнего тессория увернулся от предложения королевы найти родовитого предка и примкнуть к дриксенской партии. Манрик принялся юлить и юлил до тех пор, пока Георг Оллар и кардинал Диомид не покончили и с новоявленными аристократами, и с их покровительницей. Внук не уступал деду ни рыжиной, ни хитростью. Впрочем, свое дело Леопольд Манрик знал отменно. Недоброжелатели утверждали, что тессорий так любит деньги, что даже не ворует – такое умиление у него вызывает вид королевской казны.

Манрик и впрямь, добывая таллы и суаны, делал все возможное и невозможное, но закупки хлеба сжирали слишком много золота. Ничего, теперь платить будет Фома, но знать об этом кому бы то ни было рано. Даже Леопольду, хотя он и надежен.

– Ваше Высокопреосвященство, вы успели просмотреть мои предложения?

– Да, расчеты весьма убедительны. И все же у меня остаются некоторые сомнения насчет перечисленных провинций, – показывать лису, что кардинал думает не о деньгах, нельзя.

– Если мы не возьмем у врагов, придется брать у союзников, – заметил Манрик.

– Эпинэ и Надор с трудом заплатили причитающийся с них налог, а вы собираетесь обложить их новым. Кансилльер будет возражать.

– Несомненно, Штанцлеру и иже с ним мои предложения не понравятся, – рыжий тессорий посмотрел на часы, – пора бы господину кансилльеру и появиться. Он прибыл во дворец два часа назад.

– Как я понимаю, вместе с вашим сыном, – медленно проговорил Его Высокопреосвященство, – так что новости вы знаете из первых рук.

– Да, Леонард мне рассказал. Мы должны быть благодарны Штанцлеру за то, что он взял на себя столь неприятную миссию, как сообщить Ее Величеству о гибели братьев.

– Кансилльер у королевы? Тогда его задержка извинительна. Признаться, я полагал, что о случившемся Их Величествам сообщил ваш сын, ведь он присутствовал при дуэли. Передайте, к слову сказать, ему мою признательность, мысль отправить ко мне виконта Валме и виконта Мевена была превосходной.

– Леонард будет польщен, мнение Вашего Высокопреосвященства для него более чем ценно.

– И все-таки, каким образом Штанцлер оказался у Ее Величества?

– Вы же знаете Его Величество, – поджал губы Манрик, – он не любит ни выслушивать дурные новости, ни тем более сообщать их. Штанцлер вызвался рассказать обо всем Катарине Ариго, которую знал «еще девочкой», и Его Величество с восторгом ему разрешил. Это было весьма кстати, потому что Леонард сообщил некоторые подробности, о которых при кансилльере говорить было неосмотрительно.