— Как ты можешь говорить мне такие ужасные вещи? Я посмотрела на нее и поняла, что это не страх. Это Тень. Я улыбнулась.

— Потому что теперь я ее голос.

Выражение притворного гнева сошло с лица Греты. Она повернулась к остальным.

— Текла была Видящей. Она была полноправным членом Зодиака, гораздо сильней любого полусмертного. Почему она не выступила против меня? Почему, если знала, кто я, никому ничего не сказала?

Все взоры были обращены на меня.

Я достала из-за спины комикс Страйкера, подняла и открыла намеченную заранее страницу. Конечно, они все там были. Они помнили, что случилось. Но я видела, как новое горе охватывает их, когда Текла и платье, перепачканном в крови сына, кричит от горя. Я знала эту страницу наизусть, но, как тогда у магазина, когда я услышала впервые, слова сорвались неожиданно. Среди нас есть предатель!

Я закрыла комикс, и голос стих, оставив тишину; удары сердца громко звучали у меня в ушах.

— Этот человек, этот предатель, — негромко заговорила я, — может быть только среди тех, кто живет в убежище. Это не я, потому что появилась только что. Это, очевидно, не Уоррен. Может, ты, Хантер? — Его лицо окаменело, но я продолжила раньше, чем он успел ответить: — Нет, не ты. Потому что выведено из строя не оружие… Может, предатель Грегор? Ведь именно он открыл Неоновое кладбище для проникновения со стороны Тени. Но я серьезно сомневаюсь, чтобы он ради достижения такой цели сам себе взрезал живот. — Я перешла к следующему звездному знаку. — А как ты, Майках? Конечно, ты мог отдать меня Тульпе, когда я без сознания была у тебя в больнице… или еще лучше — мог бы убить меня сам. — Я снова переместила взгляд. — Полагаю, это могла быть Чандра. У нее есть химикалии, есть способности и возможность. Но она не вполне часть Зодиака, а это значит, что она всего лишь орудие в руках настоящего крота. Марионетка. Пешка, которую используют, а потом отбрасывают.

— Иди ты! — буркнула она, но в голосе ее было больше горя, чем гнева.

— Или крот тот, у кого есть доступ ко всем? — Я расположилась так, чтобы видеть всех. — К Уоррену, которого я заметила выходящим из кабинета Греты как раз перед уходом. Он рисковал, приведя меня сюда, а потом сразу — после единственного сеанса у Греты — вдруг перестал мне верить. Он больше не верил самому себе.

— Это нелепо. Слишком натянуто! — заявила Грета. — Как вы можете ее слушать? Вы знаете меня… а в ней есть Тень!

Но эффективно разыгрывать эту карту было уже поздно, и я продолжила, как будто она ничего не сказала. Никто меня не останавливал.