— Я... мне надо взять меч... — хрипло сказал он.

Взбегая по винтовой лестнице, он злобно твердил себе: «А чего ты ждал, чего ты хотел?..»

Войдя в свою комнату — нет, не в свою, а в комнату Хранителя! — Орешек сорвал со стены пояс, защелкнул на талии, привычно скользнул ладонью по пряжке и горько усмехнулся: глупый талисман уверял, что опасности нет...

Саймингу — на перевязь... бегом вниз по лестнице... Мелькнула мысль о забытом кошельке, но возвращаться парень не стал.

Арлина ждала на том же месте, где Орешек ее оставил. Молча повернулась и пошла рядом с ним, приноравливаясь к его быстрым шагам.

— Покажу, где привязана лошадь, — хмуро пояснила она.

Орешек остро ощутил, что это последняя возможность хоть что-то объяснить девушке, которую он больше никогда не встретит и которую никогда не сможет разлюбить.

— Конечно, после этого ты можешь думать обо мне все, что угодно... — начал было он.

— Могу! И думаю! — зло перебила Арлина — но не выдержала враждебного тона, выплеснула душу: — Ты скажи хотя бы свое имя!

В ответ раздалось сухо, с недобрым вызовом:

— У меня нет имени. Как хочешь, так и называй!

— Уж я назову!.. — мрачно посулила Арлина — и осеклась, поняв, что эти слова подтверждают ее самые страшные подозрения.

До самых ворот ни один, ни другая не пытались нарушить тягостное молчание.

У распахнутых ворот стояла Аранша. Она была одна — дарнигар временно приказал днем уменьшить число солдат в караулах из-за острой нехватки людей в крепости.

Арлина молча прошла по опущенному мосту — гордая, прямая, с расправленными плечами и высоко поднятой головой. Непролитые слезы звездами сияли в глазах.

Орешек задержался возле наемницы.

— Аранша, ты можешь кое-что сделать для меня?

— Все, что угодно моему господину! — твердо ответила девушка.

— Запомни: когда я уходил, госпожа не провожала меня!

— Госпожа? Волчица? — удивленно переспросила Аранша. — Но я ее вообще со вчерашнего дня не видела!