Илларни знал о любви Нурайны и Юнтайо и от всего сердца желал им счастья. Астролог не составлял гороскопов для своих молодых друзей, поэтому для него истинным ударом было узнать, что Юнтайо приговорен к смерти за измену королю и бежал, а сердце бедной девочки навсегда окаменело...

Схватка окончилась, коротко остриженную русую женщину увели с арены, а победительница швырнула меч на песок перед балконом Светоча. Теперь старику было хорошо видно ее лицо.

Нурайна!

Но что она делает в Наррабане? Ну... тут одно из двух: либо король послал ее — родную сестру! — с тайным и невероятно важным поручением, либо она по какой-то причине лишилась расположения своего царственного брата и вынуждена была бежать за море...

На арену вновь гурьбой высыпали акробаты. Зрители шумно спорили о том, очень ли мешали победительнице длинные волосы и не была ли вторая воительница переодетым парнем.

А Илларни, вцепившись в канат, уговаривал себя не принимать поспешных решений. Конечно, с бывшей ученицей необходимо поговорить. Но не здесь, не на людях: Нурайне может повредить встреча с преступником-звездочетом. Надо сначала выяснить, где она остановилась, кто живет под одной крышей с ней, не крутятся ли возле ее жилья глазастые людишки... И лишь потом можно сказать: «Здравствуй, моя девочка! Узнаешь своего старого учителя?»

18

18

Через дворик Нурайна пробежала, чуть ли не пританцовывая. На время забыта была величественная осанка королевской дочери.

Ралидж развалился на ковре, опершись о подушки. В душе женщины шевельнулось раздражение, сминая легкую радость победы. Конечно, она знала, что весь вчерашний день и наверняка все сегодняшнее утро ее спутник обходил постоялые дворы и харчевни, расспрашивая об Илларни и Чинзуре. И все же было неприятно видеть его в ленивой позе, словно он и не думал сдвинуться с места.

Впрочем, тем приятнее будет проучить этого... этого...

Не подобрав подходящего слова, Нурайна опустилась на ковер и небрежно бросила перед Ралиджем синий бархатный кошелек. Плюхнувшись на ковер, кошелек солидно звякнул.

— Полагаю, нам хватит этого на первое время... хотя бы на хлеб, — скромно сказала Нурайна. Потянувшись к лежащим в углу мешкам, она достала гребень и начала расчесывать спутанные волосы.

Ралидж сощурился на кошелек, затем сделал небрежное движение рукой. Увесистый кожаный кошель упал на ковер рядом с синим кошельком.

Нурайна приоткрыла рот, гребень замер в ее руке. Затем женщина грозно вопросила:

— Откуда?!

И тут же спохватилась:

— Нет, пойми меня правильно... Я не имею, конечно, права требовать... но если было что-то противозаконное... что-то, что может поставить под удар дело, ради которого мы прибыли сюда...