– Привет, – прозвучало в темноте, и Моргана увидела перед собой Руина.
Ей стало страшно, и она вздрогнула, осознавая, что не ощущает собственного тела. Брат казался совершенно реальным, даже одет был так, как он привык одеваться. Арман заметил ее испуганный жест и торопливо сделал знак, мол, все в порядке.
– Успокойся, – сказал он. – Иначе вылетишь из сна.
– Это сон?
– Конечно. Сейчас ты лежишь в своей постели, а я – медитирую у костра совсем в другом мире… Ты же в Центре, в столичном мире, я прав?
– Нет. В Провале.
– В Провале? Что ты там делаешь?
– Мы почти все здесь. Нас собрал Рэондо. Всех, кто потенциально может являться серым магом, всех, кроме Нэйта – он в школе, и его не хотелось бы забирать оттуда даже на время.
– Понимаю, – Руин задумчиво смотрел на сестру. – Разумно. Это хорошо, что вы все вместе…
– Я хотела с тобой поговорить, – поспешила Моргана.
– Да?
– Это правда? Руин, скажи – это правда?
– Что – правда?
– Я тогда родила живых детей? Да? Вы солгали мне, да? Ты и Мэл.
Он невольно опустил глаза. Правда, лишь на миг, и снова поднял, но ей этого момента хватило. Моргана почувствовала, как ее начинает распирать настоящая злоба, такая сильная и неуправляемая, какой она раньше никогда не испытывала. Молодая женщина всегда держала себя в руках, а если и испытывала сильные чувства, то обычно совершенно иного порядка – страх, горесть, боль, но уж никак не злобу. В этот момент она ощущала, что вполне способна убить… По крайней мере, ей так показалось.
Может быть, здесь сыграло роль то, что она осознавала себя не в реальности, а во сне, где возможно все, что угодно. В жизни она вряд ли позволила бы себе такую вольность – взглянуть на брата, которого она привыкла уважать и любить, с ненавистью.
– Моргана…
– Это правда?
Руин посмотрел на нее немного удивленно – прежде она таким тоном с ним никогда не разговаривала. Он даже сделал движение оборвать ее, напомнить, как следует разговаривать – но не стал. Решил проявить терпение.
– Моргана, послушай… Да, это правда, но мне казалось, ты сумеешь понять…