– Швыдко! К маршелу!

– Куды прешь, не положено!

– Положу на не положено! – вслед раздался звук удара, стон, полог колыхнулся, когда подле него упало что-то тяжелое. В палатку ворвался огромный детина и остановился, когда шея его угодила в перекрестье мечей сампо и стратига.

– Дане маршел, я… уж не обессудьте… в зубы дал стражнику… – Детина был в кафтане десятника, багроворожий, от него крепко пахло хмельным.

– За такое полагается петля, десятник, – сказал патэ. Десятник замотал головой, едва не перерезав себе горло:

– Ты разберись поперва, ваша святись, потом петлей грозись! – запальчиво выкрикнул солдат, размахивая футляром для писем. Стратиг шевельнул пальцами, футляр выскочил из руки. Кольцо, надетое на футляр, звонко лопнуло, футляр раскололся, бумага затанцевала в воздухе, развертываясь. Одновременно ножны десятника перекрутили пояс, а воротник впился в горло. Стратиг опустил меч, патэ Ирек встал так, чтобы в случае чего загородить собой начальника и пресечь любое движение десятника.

Не прикасаясь к письму руками, держа его в воздухе перед собой, стратиг прочитал послание.

– Как пришло письмо? – спросил он.

Десятник молчал. Стратиг удивился, ему редко приходилось повторять вопросы.

– Как?

Десятник неразборчиво хрипнул.

– Вы бы того, сэнир стратиг, отпустили бы его, – подсказал патэ Ирек.

Стратиг хлопнул себя по лбу, коротко прокомментировал свою старческую забывчивость и отпустил пояс и воротник. Детина рухнул на колени, схватился за живот и принялся стравливать все, что ел и пил недавно. Стратиг терпеливо ждал. Десятник последний раз содрогнулся в пароксизме, единым махом выдул поднесенную Танией чашу вина.

– Стрела… прямо в бочку… – наконец смог выговорить.

Стрела со свистом впилась в бочку с элем, пронзила клепку, и пахучая жидкость хлынула на штаны пирующим воякам. С воплями повскакав, переполошив половину лагеря, солдаты с величайшей предосторожностью извлекли стрелу, заткнули дыру и только сейчас обратили внимание на футляр, прикрепленный к древку.

– Я поперва кликнул свой народ, чтобы споймали тово шутника, потом увидел перстенек, ну и понял, что вам снести надоть.

– Патэ Ирек, срочно вышлите конных, пусть остановят этот «его народ», – распорядился стратиг. Патэ метнулся было из палатки, но десятник поймал его за плечо, присущим плохим телепатам жестом поднес руку к виску. И рявкнул:

– А ну стой! Давай взад!

Вот так плохой телепат, ахнул про себя патэ.