– Моего хейма, – тихо добавила Петра.

– Перед тем как Мать и все прочие сестры погибли от руки мужчин, – сказала Скада.

– От руки людей Каласа, – поправила Дженна и продолжила в полной тишине: – Мать Альта велела мне идти из хейма в хейм и везде говорить: «Близится последний срок». Она сказала, что Матери хеймов поймут, что это значит. Но вы… – И Дженна опустила глаза, охваченная воспоминаниями.

– Что мы? Продолжай, дитя, – мягко сказала Феллина.

Тронутая этим ласковым обращением, Дженна обвела глазами стол. Лица были незнакомые, но чем-то родные, как лица сестер Селденского хейма. Дженна сделала вдох латани, медленно сосчитала до десяти и заговорила:

– Ваш хейм пока что – единственный уцелевший, который мне удалось найти.

– В скольких же ты побывала?

– В двух. Но…

– Но нам сообщили, что погибло десять хеймов, – подхватила Петра.

– А сколько их всего?

– Семнадцать.

– С М'дорой будет восемнадцать, – добавила Скада.

– М'дору никто не считает, – сказала Илюна. Она отвязала ребенка со спины с помощью своей темной сестры и качала его на руках.

– Да, до вчерашнего дня я ни разу не слышала о М'доре, – призналась Дженна.

– Я слышала, но думала, что это сказка, – сказала Петра.

– Десять. Десять хеймов погибло. – Эта весть, быстро обежав вокруг стола, достигла даже женщин, сидящих внизу, и они, поднявшись на четыре ступеньки, стали рядом со своими сестрами.

Дженна дождалась полной тишины и заговорила громко и раздельно, как король у ратуши Новой Усадьбы. Это был ее народ, и пришел ее черед говорить.

– Меня называют Белой Девой, Анной, хотя я на это и не напрашивалась. Верите вы в это или нет, поверьте тому, что я скажу вам. Идет война. Мужчины воюют с женщинами и с другими мужчинами, но женщины страдают все равно. Что-то кончается, как и сказано в пророчестве. Не знаю, конец ли это света, но миру хеймов уж точно приходит конец.

– Они гибнут безвозвратно, – промолвила Петра. – Продолжай, Дженна.

– Нельзя позволить этому миру погибнуть, не попытавшись удержать хоть немногое. Должно остаться что-то из учения Великой Альты. Должно остаться место для сестер и в новом мире.