Но Свор услышал этот краткий разговор.

— У него? — рассмеялся он. — Он боец, и в этом не может быть ни малейшего сомнения! И будет рубить и колоть наравне с вами, когда для этого придет время. Но сейчас, он считает, это время еще не наступило. В душе он еще не пришел к уверенности в том, что сможет достичь трона, лишь преодолев целые реки крови.

— Вот об этом я и говорю, — ответил Шялорис. — Он не стремится к бою.

— Да, он не стремится к бою, но готов вступить в него, если у него не останется лучшего выбора, — возразил Свор. — Погодите и вы сами это увидите. Когда сражение будет неизбежно, даже я возьму меч.

— Вы?! — воскликнул Септах Мелайн и громко расхохотался.

— Вы научите меня им пользоваться, — торжественно сказал Свор.

В Симбильфанте, знаменитом своим исчезающим озером, все сложилось как нельзя лучше. Это был большой торговый город, через который на протяжении веков вывозили большую часть малдемарского вина, и Престимион пользовался там большой популярностью. Там уже знали о том, что Престимион провозгласил себя короналем, и гегемон города — так там называли мэра — приготовил, поджидая его, большой банкет, развесил повсюду зелено-золотые знамена, набрал две тысячи воинов-добровольцев и пообещал в будущем представить гораздо больше. А также, как будто город принимал короналя, совершавшего увеселительную поездку, для него организовали исчезновение озера. Огромные валуны, загораживавшие вулканические каналы, откатили в сторону, и вода озера прямо на глазах с громким журчанием ушла в недра планеты, оставив пустой зияющий кратер в серовато-желтых сернистых скалах, окруженных гребнями белого горного гранита, чтобы через час со страшным ревом вернуться назад.

— Такое впечатление, что я совершаю великое паломничество, — сказал Престимион, — а ведь я еще даже не коронован.

Их достаточно дружественно приняли и в расположенном поблизости Грэве, хотя там и не было такой искренней сердечности, как в Симбильфанте. Мэр этого города ощущал себя зерном, попавшим между двумя каменными жерновами — Престимионом и Корсибаром — и испытывал вполне естественный страх за свое будущее. Но все же он держался достаточно гостеприимно и обиняком, хотя и не слишком громко, высказывал сочувствие намерениям Престимиона. Затем они направились к Аркилону; в этом городе, уютно устроившемся в широкой зеленой долине между невысокими поросшими лесом холмами, обитали четыре миллиона человек. Там имелся известный университет, обитель утонувших в высоких раздумьях ученых, архивариусов и издателей, и у Престимиона не было никаких оснований ожидать там серьезного противодействия. Но, когда войско, освещенное яркими лучами горячего осеннего солнца, уже приближалось к городу, зоркий Септах Мелайн указал на один из холмов, ближайший к Горе. Весь холм и возвышавшийся за ним склон были усеян воинами в форме короналя; они, как муравьи, кишели повсюду, сколько хватал глаз.