Престимион видел возвышавшегося над всеми головами Септаха Мелайна. Он находился в самой гуще схватки и орудовал своей шпагой с такой скоростью, что глаз не мог уследить за движениями неотразимого клинка, обагрявшегося свежей кровью при каждом выпаде. Вот он одной рукой выхватил из побоища маленького герцога Свора. Несколько солдат, одетых в различные цвета, уже валялись на поле, заливаясь кровью. Из схватки выскочил воин Эстотилопа, разглядывавший, ничего не понимая, красный обрубок руки.

Престимион решительно направился к воротам. Но не успел он сделать и трех шагов, как Гиялорис обхватил его за плечи и остановил.

— Мой лорд, куда вы идете?

— Гиялорис, это следует немедленно прекратить.

— Ну так прикажите мне, и я все сделаю. Вы не должны подвергать свою жизнь опасности, лорд Престимион. — Он выпустил Престимиона, тяжело побежал к воротам, пробился сквозь беспорядочную толпу дерущихся людей и добрался до Септаха Мелайна. Престимион видел, как они о чем-то совещались, казалось, не замечая происходившего вокруг сражения. А через несколько минут оно закончилось. Приказ об отступлении очень быстро пробежал по цепочке людей Престимиона, и звон оружия и крики стихли. Жители Эстотилопа помчались назад и захлопнули за собой ворота, Гиялорис и Септах Мелайн вернулись во главе своего отряда. Между ними шел бледный перепуганный Свор; малый рост и хрупкое телосложение бедняги не позволяли ему уверенно чувствовать себя среди сражающихся рыцарей, к тому же он никогда не испытывал пристрастия к кровопролитию.

— Они не впустят нас, разве что мы ворвемся силой, — сообщил Свор. — В этом они непоколебимы. Несколько их людей уже расстались с жизнью, чтобы преградить нам путь. Думаю, что если мы все же попытаемся завладеть городом, то жертв с обеих сторон окажется намного больше.

— Тогда пока что откажемся от этого намерения, — сказал Престимион, в упор взглянув на Септаха Мелайна, который, похоже, собирался возразить. — Когда мы подойдем сюда в следующий раз, они расстелят передо мной драгоценный ковер из Макропросопоса. Но пока я не хочу воевать против моих собственных подданных; всем ясно? Мы завоюем их признание только силой нашей справедливости, и никаким иным путем. — И он приказал отступить и двинуться в сторону Симбильфанта, следующего города на их маршруте вокруг Горы. В его войске погибли два человека — один из Малдемара и один из Амблеморна — и четверо были ранены. Из защитников Эстотилопа на поле остались по меньшей мере пятеро мертвых или умирающих воинов.

— Меня это тревожит, — негромко сказал Гиялорис Септаху Мелайну, когда они заняли свои места в парящих экипажах. — Что если у него не хватает боевого духа? — А Септах Мелайн нахмурился и кивнул: его снедало то же самое беспокойство.