Престимион разглядел издали Навигорна, стоявшего во главе своего войска: представительный темноволосый человек, очень похожий внешне на Корсибара, дерзкий и самоуверенный, с гордой осанкой, спокойно усмехаясь, прохаживался перед воинами, развернув плечи, укрытые зеленым плащом. Его спокойно дышащую широкую грудь покрывал сияющий серебром чешуйчатый панцирь, а глаза — это было видно даже на таком расстоянии — сверкали радостью битвы и нетерпением. Достойный противник, подумал Престимион. И тем более жаль, что им приходится быть врагами.

Он отдал приказ. Моллиторы двинулись вперед. Их тяжелые копыта гремели, словно тысячи крепких кузнецов одновременно и не в лад ударяли молотами о наковальни.

И тогда Престимион внезапно увидел дюжину, если не больше, волшебников Навигорна с бронзовыми шлемами на головах, в золотых калаутиках и красно-зеленых лагустриморах. Они стояли бок о бок на одной из скал, возвышавшихся над полем битвы. Каждый держал в левой руке большую витую медную трубу — Престимион никогда прежде не видел таких — и когда моллиторы понеслись в атаку, маги как один приставили мундштуки своих труб к губам. Раздался такой дьявольский визг, что Престимиону на мгновение показалось, что этот острый скрежещущий звук должен прорезать дыру в небе. Похоже было, что при помощи какого-то колдовства звук этих труб усиливался далеко сверх той громкости, которой способны добиться человеческие легкие. Он раз за разом проносился над полем, словно скрежет суставов смерти.

И моллиторы, по крайней мере некоторые из них, почувствовали замешательство.

Несколько передних животных резко остановились, когда ужасный звуковой взрыв ударил их по ушам, развернулись и, не разбирая дороги, кинулись бежать все равно куда, лишь бы подальше от источника этого злобного визга. Часть метнулись налево и ворвались в середину лучников Престимиона, которые в панике разбежались перед ними. Несколько животных свернули направо и, скрытые в облаке пыли, вбежали в овраг, где затаилась кавалерия Престимиона, отчего скакуны, несомненно, должны были удариться в панику. А еще одна часть — более храбрые или, возможно, просто более глупые животные — все же вонзились во фронт армии Навигорна. Но строй роялистов раздался в стороны, и взбешенные моллиторы просто-напросто проскочили все расположение противника насквозь и, не причинив никому вреда, вынеслись в открытое поле.

Престимион, увидев полный крах атаки, которая, по его замыслу, должна была решить исход сражения, на мгновение остолбенел. Затем он поднял лук, усилием, подобного которому не делал ни разу в жизни, натянул его до предела и пустил стрелу в одного из магов Навигорна. Стрела, легко пронзив дорогую парчу калаутики, пробила человека насквозь и вышла со спины на целый фут. Волшебник, убитый наповал, упал без единого звука, а его ярко начищенная медная труба, гремя, покатилась по камням.