— В битве при Джелуме без них не обошлось. Фархольт сообщил мне об этом.

— А в Стимфинорском сражении?

— Это сражение было очень коротким. Навигорн побил Престимиона в первые же полчаса. Мы почти не понесли там потерь.

— Пошлите за Навигорном, мой лорд, и спросите, предпринимали ли зимроэльские отряды при Стимфиноре хоть какие-то действия против него. Скажите ему, что я заявляю: в этом сражении армии под командой моих братьев Гавиада и Гавиундара вообще не вступали в бой и оставались на месте до тех пор, пока Престимион не был окончательно разгромлен, и послушайте, что он на это скажет.

Корсибар обхватил пальцами бороду и слегка подергал ее — полагали, что он унаследовал этот жест от герцога Свора. У него ужасно болела голова, будто во лбу, прямо над глазами, стучали молотки.

— Если ваши солдаты при Стимфиноре стояли под знаменем Престимиона, то почему же они не сражались? — спросил он после небольшой паузы.

— Потому что я приказал им не делать этого, — ответил прокуратор. — Я не стану отрицать, мой лорд, что в первые дни восстания я присоединился к Престимиону. Вы же знаете, что он мой родственник. Меня влекли к нему узы крови. Но я никогда не питал большой симпатии к его цели.

— И все же вы дали ему войско.

— Да, я дал ему войско, потому что ранее пообещал ему это, и при Джелуме я позволил своим солдатам выступить против вашей армии. Но это было всего лишь притворство для того, чтобы опьянить его легкой победой, заставить потерять осторожность и сделать так, чтобы в следующем бою он потерпел сокрушительное поражение. В следующем сражении мои солдаты подошли слишком поздно для того, чтобы вступить в бой, что было специально оговорено в моем приказе.

— Может ли такое быть? — воскликнул Корсибар. — О, вы змея!

— Но ваша змея, мой лорд. Дело Престимиона безнадежно. Это было ясно мне с самого начала, а теперь, кажется, не вызывает вообще никаких сомнений. Он один против всего мира. За вами поддержка народа, и вы возьмете верх. Он может выиграть одно-два сражения, но его гибель неизбежна.

— Вы узнали это от своих предсказателей? — спросил Корсибар, кинув быстрый взгляд на Санибак-Тастимуна.

— Я узнал это отсюда, мой лорд, — ответил Дантирия Самбайл, постучав пальцем по своему широкому сверкающему веснушчатому лбу. — Каждая унция той мудрости, которая находится здесь, — а здесь ее немало, должен заметить — говорит мне о том, что Престимион, пытаясь опрокинуть ваш режим, стремится к невозможному. И потому я забираю обратно свое обещание помогать ему: я не из тех, кто с готовностью хватается за невыполнимые дела. Я прибыл сюда, к вам, — перенеся при этом немалые трудности, что вы, мой лорд, можете заметить по моему неопрятному виду; носиться с такой скоростью взад и вперед по необъятному Алханроэлю да еще два раза подряд пересечь океан нелегкое дело для человека моих лет — ради того, чтобы предложить вам ключ к победе и помочь положить конец разгорающейся войне.