Из-за поручителя ан-истойя Стиганд заговорил на языке Границы.

– Объяви нам свое имя.

– Делила, – спокойно ответила она, – дочь Стаал-Уста.

– Почему ты стоишь перед нами?

– Я пришла на суд, чтобы ответить за смерть ан-кайдина Балдура, чью жизнь я забрала в прошлом году, – Дел глубоко вздохнула. – Искупить вину крови и заплатить союзу мечей за потерю.

Над поляной повисла тяжелая тишина. Я осмотрелся, пытаясь разобраться в настроении людей, и увидел суровые Северные лица, услышал мрачные комментарии на Северном. Люди не хотели прощать ей смерть ан-кайдина.

– Скажи нам, зачем ты это сделала, – потребовал Стиганд.

– Мне нужно было напоить мою яватму.

– Но почему кровью Балдура? Он не был достойным врагом, он был достойным другом!

Аиды. Даже Стиганд вышел из себя.

– Я не могла поступить иначе, – ответила Дел. – Он нужен был мне в мече.

Голос Стиганда дрожал.

– Тогда объясни нам, зачем? Скажи, почему это стоило ему жизни?

Дел объяснила. Она говорила только со Стигандом, остальные для нее были только случайными слушателями. Сухо, невозмутимо, она поведала что случилось с ее семьей. Как Аджани и его налетчики уничтожили всех, кого она знала. Она выкладывала факты совершенно спокойно, словно случившееся ее не касалось, и я забеспокоился за исход суда.

Она закончила рассказ быстро. Я бы не назвал его защитой, он прозвучал как косвенно связанная с делом история, и я испугался, что жесткий контроль, под которым она держала себя, настроит вока против нее.

Пришла моя очередь.

Глаза Стиганда высмотрели меня.

– Выйдет ли вперед поручитель ан-истойя, чтобы назвать нам свое имя?

Это был не совсем вопрос, хотя произнес его Стиганд в вопросительном тоне. Я шагнул вперед – люди сразу оживленно заговорили – попытался поймать взгляд Дел, но она не сводила глаз с вока.

– Я – Песчаный Тигр, – объявил я, – рожденный на Юге, в Пендже… Я танцор меча седьмого ранга.