– Но как он смог?! – с горькой обидой в голосе вскрикнула темная волшебница.

Она так и не сумела узнать, что под воздействием морханаза и герцог, и Хиунг, несмотря на неспособность противиться ее приказам, все же получили возможность говорить неправду. Воспользовавшись этим, правитель сообщил жене совершенно не то заклинание. И оно раздвоило не источник, а саму волшебницу. Две ее почерневшие копии начали быстро менять форму и размеры, обратившись двумя черными крысами. Оба грызуна, не переставая кашлять, бросились друг от друга в разные стороны.

Глава 23 НА СЕВЕР

Глава 23

НА СЕВЕР

Принц сразу даже не понял, что произошло с коварной волшебницей. Вероятно, у нее что-то не получилось с жезлом, и теперь женщине придется бегать на восьми лапках в облике сразу двух маленьких существ. Однако сейчас Тарину было не до странного раздвоения черной ведьмы или ее манипуляций с отцовским артефактом: исчезновение одного врага, к сожалению, не ликвидировало второго, не менее опасного. Магическая удавка вот-вот должна была уничтожить все его отвлекающие приманки и вплотную подобраться к жизненным силам человека. Тарин судорожно пытался придумать, как избавиться от проснувшегося заклятия. Чужеродное колдовство совершенно игнорировало защитные пасы целителя.

«Если не хватает собственных сил и знаний, надо привлекать любые подручные средства. Иногда методом «тыка» можно попасть в цель, а в случае смертельной опасности не грех прибегнуть и к самым рискованным способам. Терять ведь все равно нечего», – в тот момент, когда удавка дернулась к знаку Гаморла, в памяти наследника всплыли слова одного посредственного составителя магического учебника.

«А ведь в этом знаке огромный запас жизненной энергии! – промелькнула спасительная мысль. – Может, заклинание Эрмудага ею и подавится? Или побрезгует? Тогда мне придется сражаться сразу с двумя чужеродными магиями. Да какая разница? Одна из них меня сожрет или обе сразу! Пока я хотя бы имею возможность освободить руну Жадного поля. Скоро уже и на это сил не хватит».

Тарин использовал имя руны и снял с нее свои путы.

Человека мгновенно наполнил всплеск жизненной энергии. Слабость ушла, и парень ощутил себя могучим исполином, готовым свернуть горы. Удавка Эрмудага тоже недолго оставалась без дела. Оцепенение от несметного количества обрушившейся пищи прошло быстро, и заклятие демона принялось трапезничать с утроенным аппетитом.

Получив свободу, знак Гаморла поначалу не обратил внимания на чужеродную магию, поселившуюся в сознании чародея, он спешил покорить человека, подчинить его своей воле. И вдруг обнаружил сильного агрессивного конкурента, которого игнорировать нельзя. Пришлось отвлекаться на непредвиденное противоборство.