— Я встретил сэра Питтса, скачущего на юг, — сказал Боренсон. — Он уверен, что вы знаете больше трюков, чем цирковой медведь. Надеюсь, у вас есть что-то большее против такой беды, чем огненная стена и баллисты.

— У нас десять тысяч арбалетных стрел для баллист, не считая ядер для катапульт, — сказал Чондлер. — Мы можем расстрелять опустошителей под прикрытием огненной стены. Если это не получится, мы положимся на наших лучников. Они будут обстреливать опустошителей с замковых стен, в то время как наши люди вступят с ними в бой в воротах. У нас три миллиона стрел и пять сотен добрых лучников, всегда попадающих в цель.

— Трех миллионов стрел может оказаться недостаточно, — сказал Боренсон. — Луки из рога могут проткнуть шкуру опустошителей, но я никогда не слышал, чтобы это можно было сделать из большого лука.

— Так или иначе, мы попытаемся, — сказал Чондлер. — Я приказал людям не стрелять, пока враг не подойдет на десять ярдов.

Боренсон прикусил губу, сомневаясь, что это поможет.

— У меня здесь способствующие работают день и ночь, — сказал Чондлер. — Они перековали все печати силы, которые мы можем использовать. Я получил три дюжины людей для работы борцами-победителями, каждый с двадцатью дарами метаболизма. Работая вместе, они будут в состоянии удерживать ворота долгое время. Но при таких обстоятельствах нам по-прежнему нужны другие борцы. Как насчет этого? — с кривой усмешкой спросил Чондлер. — Хотите умереть молодым?

Боренсон искоса взглянул на Мирриму. Если бы кто-нибудь задал ему такой вопрос неделю назад, он бы не колебался. Но теперь он жил не только для себя. Принять такие дары означало, что, даже если он выживет в битве, он никогда не будет настоящим мужем Мирриме. Он умрет в полном одиночестве, отделенный от всего человечества.

Казалось, Миррима читает его мысли. Она оглянулась на приближающуюся орду, льющуюся потоком с гор. Тьма сгустилась, и Боренсон мог видеть только линию бушующего там огня. Но вдруг пламя охватило целую сосну, загоревшуюся, как огромный факел, и в его свете он увидел ужасных врагов, от тусклых спин которых отражался красный свет пламени. При такой скорости, с которой они бегут, они будут здесь в течение часа.

— Понадобится больше чем несколько борцов-победителей, чтобы спасти тебя, — сказал Сарка Каул наконец-то громко и отчетливо.

— Мы надеемся на подкрепление, сэр, — сказал Чондлер. — Дочь Лоуикера на юге предводительствует хорошей армией, и, по последним сведениям, она меньше чем в дюжине миль отсюда.

— А у Раджа Ахтена есть армия, спрятанная в горах на востоке, — сказал Сарка Каул. — Но ни один из них не желает тебе добра. Они приходят, как вороны, надеясь поживиться останками, когда ты падешь. Они ввяжутся в драку только после твоей смерти.