— Тарган! Останься с Мэгилом! — прокричал киммериец, взбегая по ступеням пирамиды.

Он буквально взлетел наверх и бросился к Милле, до которой было ближе. В это время Затх склонился над краем срезанной вершины, пытаясь схватить Сурию огромной трехпалой рукой, но движения его были неуклюжими, к тому же он явно не дотягивался. Тогда он выпрямился и испустил чудовищное по силе рычание.

Ключом, с помощью которого он снял оковы с Мелии, северянин отомкнул замки на руках Миллы и резко обернулся: по ступеням медленно поднимался Когр. Вархан задрал голову и зашипел на рычащую тварь. Словно принимая вызов ящера, Затх пригнулся и прыгнул вниз, прямо на площадку, на которой стояли киммериец с девушкой.

— Убей!— завизжала внизу старуха.— Убей их всех!

Затх спрыгнул и оказался в пяти шагах впереди, спиной к северянину, но тот не стал дожидаться, когда противник обернется, а, собрав всю силу, обрушился на врага. Тяжелый двуручный меч вонзился в самое сердце твари, и оглушающий, полный боли рев вырвался из омерзительной глотки. Киммериец уперся ногой в грудь монстра и, отбросив его резким толчком, освободил клинок. Ломая крылья, поверженный гигант кубарем покатился по склону пирамиды.

Конан вытер меч, бросил его в ножны за спиной, а плащ, вымазанный поганой кровью монстра, скинул вниз. Милла смотрела на него округлившимися от изумления глазами, не в силах вымолвить ни слова, но киммериец даже не взглянул на нее. Он понимал, что сейчас старуха опомнится, и тогда… Кто знает, что еще имеется у нее в запасе? Пора освобождать Сурию и сматываться.

— Охраняй ee!— показав на Миллу, крикнул он Когру и бросился наверх.

Сурия встретила его таким взглядом, что сердце молодого варвара бешено забилось в могучей груди. Он бросился к молодой ведьме, но едва успел отомкнуть один из замков, как донесшиеся снизу крики заставили его остановиться. Он взглянул вниз и обомлел. Затх, только что насквозь пронзенный его мечом, как ни в чем не бывало стоял перед колдуньей, которая взяла с одного из алтарей фиолетовый кристалл удлиненной формы, похожий на сильно вытянутый конус и одновременно на клинок ритуального ножа без рукояти. В мертвой тишине Рогаза подняла кристалл и вставила его в дыру во лбу Затха. В тот же миг луна погасла, словно на нее набросили густую вуаль, и странный призрачный свет озарил все вокруг, заставив предметы отбрасывать неестественные тени, напоминавшие живые существа из вещего сна Конана.

Киммериец молча отдал Сурии ключ и, так и не взглянув на девушку, бросился вниз, в то время как Милла в оцепенении провожала его растерянным, полным отчаяния взглядом. Все дальнейшее для нее происходило как в тумане. Она видела, как сражается с проклятой тварью ее Конан. Она видела, как Мэгил и Рогаза застыли с двух сторон золотого алтаря, на котором что-то стремительно разгоралось, набирало силу, а зуагиры на стенах и во дворе замерли, не в силах помочь сновавшим по двору товарищам, потому что стрелы их отскакивали от толстой шкуры монстра. В старуху же они просто не попадали. А потом случилось то, о чем она совсем забыла, но чего подсознательно ждала все это время: из замка начали появляться Мертвые, и в этот миг…