Нет, не в Бока-Ратон, а куда-нибудь подальше. Возможно, на Таити…
На обоих местах преступлений был найден тот самый символ. Рич по опыту знал, что сейчас действовал какой-то новый убийца – не тот, который прикончил Пола Мэлоуни и тех подростков из «БойКо». Он мог сказать это с уверенностью. Только сейчас символ был вырезан на стволе одного из чайных деревьев, и, к счастью, репортеры его не заметили.
Странно, Эми уже давно должна была перезвонить… Как-то не похоже на нее. Правда, должен был подъехать Робертсон. В отсутствие Эми Зоу руководство мог взять на себя Шон. Рич надеялся, что он доберется сюда раньше, чем целая толпа журналистов.
Навстречу ему уже шел один из полицейских.
– Инспектор Верде, сюда направляются еще несколько бригад репортеров, – сообщил он. – Сейчас здесь работает команда из CBS-4, в парк только что заехал фургон KRON-TV. На подлете вертолет ABC-7.
– Держите их всех подальше отсюда, не подпускайте близко, – сказал Рич. – Не хватало еще, чтобы они начали задавать свои гребаные вопросы о серийном убийце. Понимаешь?
– Возможно, уже слишком поздно, сэр. Похоже, они уже придумали ему кличку. Они спрашивали, известно ли мне что-нибудь о
Да, остров Таити. Вот цель, к которой теперь нужно стремиться…
Эгги выбирается на свободу!
Эгги выбирается на свободу!
Они с Хиллари шли так долго, что Эгги Джеймс совсем потерял ощущение времени.
Она вывела его из комнаты с колыбелью обратно в темный лабиринт арены. Еще несколько завихрений и поворотов, и они начали подниматься по узким ступенькам, вырубленным в стене. С ребенком на руках Эгги двигался очень осторожно, прижимаясь левым плечом к стене, чтобы правая нога случайно не соскользнула.
Эти ступеньки вели на выступ, на котором обычно собиралась толпа зрителей. Хиллари вошла в узкий туннель, расположенный всего в нескольких шагах от последней ступеньки. Эгги повернулся, бросив последний взгляд вниз. Корабль стоял справа, задняя часть его была похоронена в толще стен пещеры. На палубе двигались какие-то тени – сородичи Хиллари, видимо, готовились к какому-то событию…
Они шли по туннелю с четверть часа или, возможно, минут тридцать. Эгги не мог точно сказать. Однако на этот раз Хиллари освещала путь фонарем. Она, казалось, знала каждый поворот, каждый камень, каждый кусок ржавого металла, каждое полусгнившее бревно. Он понимал это, поскольку сам постоянно натыкался на что-нибудь, а старуха вовремя все обходила и в нужный момент сворачивала в сторону.