– Мы оба знаем, что я бы не смог научить тебя такой игре. Ни за такой срок. Да ни за какой срок не научил бы. Это твой багаж. Если ты детскими пальцами такое вытворяешь, как же ты играл до превращения?

– Нормально играл.

– Что ты сделал со своей жизнью, Эмиль? Имея такие способности, ты не смог состояться. Что ты делал не так?

– Не знаю.

– Не хотелось никому ничего доказывать?

– Наверное. Не было стимула, энергии. Постоянные метания, сомнения. Неуживчивый характер. Как-то так. Все вместе.

– Но сейчас-то у тебя есть стимул?

– Сейчас есть.

– Есть мотивация? Ты уверен?

– Я уже столько сделок с совестью совершил – назад пути нет.

– Нет, дорогой мой. Это не мотивация. Это чувство вины. Ты свои рефлексии засунь поглубже. Они нам здесь не помогут. Я не хочу, чтобы ты сломался в пути.

– Чего ты от меня хочешь?

– Я хочу, чтобы ты получал удовольствие. Потому что это и есть первопричина, твой мотив. Ты хочешь любви, обожания, комфорта. Это удовольствия. Ты готов врать всем подряд, лишь бы тебя не лишили этого.

– Удовольствие. Я понял.

– Ну, так давай, вперед за удовольствиями! Мы испытаем их в полной мере. Если ты сыграешь на конкурсе так же, как сегодня, – это слава. Всемирная. Вот это удовольствие!

– К чему эти разговоры? Сломаешься – не сломаешься. Делаю все, что требуется. Чего еще надо-то?

– Надо, чтобы ты не сошел с ума. Чтобы крыша у тебя на месте оставалась.

– Слушай, что-то я устал. Давай закончим на сегодня.

Ян молча смотрел на Эмиля.

– День был неудачный. Ты и сам это знаешь. Завтра я буду в порядке.