– И его смерть стала знаком того, что ваши усилия потерпели крах? – спросил говорящий.

– Даже это пока неизвестно, – ответил Дабит. – Возможно, есть опасности, которых я не мог предвидеть.

– Отчего он умер?

– Скоропостижно скончался. – Дабит пожал плечами. – Вам придется поговорить с врачом ИС, который также исполняет обязанности коронера.

– На чьей он стороне? – спросил говорящий.

– Именно этот вопрос мешает мне надлежащим образом оценить имеющуюся информацию.

– К любой информации следует относиться с осторожностью, – заметил говорящий.

– К любой, исходящей от других людей, – уточнил Дабит. – Мне приходится полагаться на собственные наблюдения и память.

– Считаете себя непогрешимым? – наклонив голову, спросила Валентина.

– Таковы мои наблюдения и воспоминания, – улыбнулся Дабит. – Или мне приходится считать их таковыми, ведь это все, что у меня есть. Однако выводы, которые я делаю на их основе, далеки от непогрешимости. Я знаю, что у меня есть свои ограничения, как и у любого другого. И, как и любому другому, мне неизвестно, насколько далеко они простираются.

– Но вам приходится действовать так, как если бы вы это знали, – кивнул говорящий.

– Как мне к вам обращаться, сэр? – спросил Дабит. – Ни вы, ни доктор Валентина не позаботились дать мне какие-то указания на этот счет.

– Все мои работы публикуются под псевдонимом, – сказала Валентина. – Этот псевдоним получил немало почетных степеней на многих планетах, но лично у меня нет никаких дипломов или преподавательских должностей. Так что, пожалуй, меня вполне устроит, если вы будете называть меня Валентиной и представите другим как Валентину Виггин.

– Никогда не были замужем? – удивился Дабит.

– Весьма тактичный вопрос, – улыбнулась Валентина. – Я замужем за своей работой, и пока что меня это вполне устраивает.

– А вы, сэр? – обратился Дабит к говорящему.

– Эндрю Виггин, – ответил тот. – Некоторые называют нас «Говорящими», будто это какой-то титул, но это не так. Я просто Эндрю Виггин, хотя если потребуется объяснить, кто я такой, нет никаких проблем в том, чтобы назвать меня «Эндрю Виггин, Говорящий от Имени Мертвых».

– Но не Эндер, – заметил Дабит.

– Прошу вас не упоминать это имя ни на публике, ни в личном общении, – ответил Эндрю. – Слишком уж многих оно приводит в замешательство.

– После войны миллионы детей были названы именем Эндер, – сказал Дабит. – Вы спасли человечество.