– То есть вы тоже будете нас слышать? – уточнила Валентина.

– Мне бы не хотелось нарушать ваше право на частную жизнь.

– Но разве оно есть у жителей колонии без постоянного статуса?

– Если необходимо прослушать разговоры кого-то из колонистов, у нас есть на это полное право без чьего-либо разрешения. Вернее, у меня есть все полномочия дать подобное разрешение.

– Знаете, Эндрю никогда не рассказывал мне про ваш с ним разговор по ансиблю. Это, наверное, было нечто выдающееся.

– Тогда я выступал в роли просителя, и мне требовался чей-то этический и практический совет. Я обратился за ним к Министерству колоний, и мне позволили поговорить по ансиблю с самым знаменитым изгнанником в истории человечества.

– То есть это не вы просили о разговоре с Эндером?

– Мне нужно было, чтобы Графф гарантировал безопасность моей матери и мне не приходилось бы постоянно опасаться, что ее убьют, если я не подчинюсь своим врагам.

– А Графф наверняка догадывался, чего вы хотите, и решил, что для вас будет лучше, если вы со всем разберетесь без его вмешательства, вот и отправил вас к Эндеру. А потом уже ничто не могло заставить его передумать.

– Столь многословно об этом никогда не говорилось.

– Но ведь вы поняли?

– Я понял после того, как Министерство колоний отказалось со мной общаться. Точно так же я понимаю, что вы с Эндрю ведете здесь какую-то свою игру и все, что вам от меня нужно, – чтобы я продолжал делать вид, что не знаю, будто вы вполне способны спровоцировать реальный мятеж.

– Каким образом? – спросила Валентина.

– Задавая вопросы о Кене Аргоне.

– Его настолько любили?

– Думаю, некоторые, а может, и многие знают, кто убил Кена. Даже если никто не знает точно, все полагают, что его, вероятно, отравил кто-то из колонистов.

– То есть, чтобы сотрудничать со мной, им придется предать кого-то из таррагонцев? – прямо спросила Валентина.

– Не обязательно. Если кто-то будет вам лгать или скрывать информацию, вы сумеете это понять. Повод для мятежа – вовсе не то, что вы можете выяснить, поскольку все знают, что выяснить вам ничего не удастся. Хватит самого факта ваших расспросов, чтобы у людей возникло чувство опасности. Они решат, будто вы облечены властными полномочиями.

– Ваши телохранители уж точно их в этом убедят.

– Поскольку у вас действительно есть властные полномочия – вы получили разрешение на посадку исключительно потому, что я нуждался в вашей помощи для решения загадки смерти Кена Аргона, – можно будет сделать логичный вывод, что ИС намного ближе к окончательному решению вопроса о будущем Таррагоны.