– Ты говорил, что не будешь пытаться изменить нас.

– Я говорил: не буду пытаться изменить вас больше, чем необходимо.

– А почему это необходимо? Это наше дело – наше и других свинксов.

– Осторожно, – шепнула Кванда. – Он очень расстроен.

Прежде чем пытаться убедить Крикунью, он должен перетащить на свою сторону Человека.

– Вы – наши первые друзья среди свинксов. Вы завоевали нашу любовь и наше доверие. Мы никогда не причиним вам зла и никогда не предоставим другим свинксам преимущества перед вами. Но мы пришли не только к вам. Мы представляем человечество и хотим передать наши знания всем свинксам, все равно, к какому племени они принадлежат.

– Вы представляете далеко не все человечество. Вы собираетесь воевать с другими людьми. Так как же вы можете утверждать, что наши войны – зло?

Наверняка Писарро, несмотря на все погодные условия, легче было справиться с Атауальпой[36].

– Мы пытаемся предотвратить войну с другими людьми, – объяснил Эндер. – А если мы все же в нее ввяжемся, это будет не наша война, мы от нее ничего не выигрываем. Потому что это будет война за вас, за ваше право выйти к звездам. – Эндер поднял свою открытую ладонь. – Мы отреклись от принадлежности к роду человеческому, чтобы стать для вас рамен. – Он сжал руку в кулак. – Человек, свинкс и жукер здесь, на Лузитании, станут единым народом. Все люди. Все жукеры. Все свинксы.

Человек сидел неподвижно. Переваривал. Наконец поднял голову:

– Голос, это очень тяжело. До того как сюда пришли вы, люди, все другие свинксы… Их следовало убивать, и всю третью жизнь они – рабы в наших лесах. Этот лес был когда-то полем боя, и самые древние деревья – воины, павшие в том бою. Старейшие из отцов – герои этого сражения, а наши дома сделаны из трусов. Всю свою жизнь мы готовимся побеждать врагов, чтобы жены могли посадить материнское дерево в новом лесу и сделать нас могучими и великими. За последние десять лет мы научились использовать стрелы, чтобы убивать издалека. Мы делаем бурдюки из шкур кабр и горшки из глины и теперь не будем страдать от жажды в сухих степях. Мы теперь умеем использовать амарант и корни мердоны, а значит, будем сильными, нас будет много, и вдали от масиос родного леса у нас останется еда. И мы радовались этому, потому что знали: мы победим. Мы принесем наших жен, маленьких матерей, героев в каждый уголок великого мира, а потом – к звездам. Это наша мечта, Голос, а теперь ты говоришь, что мы должны отказаться от нее.

Это была сильная речь. Никто из спутников Эндера не мог посоветовать ему, что отвечать. Человек почти убедил их.