— Куда?! — заорал кто-то из Людей, бросаясь к Жрецу. — Лежать!!! Расставить конечности в разные стороны! Не шевелиться!

Но Риул не подчинился. Вместо этого он мощным прыжком рванулся к Человеку и с размаху нанес ему удар посохом. Тот отлетел в сторону, и навершия жреческого посоха вспыхнули закольцованными потоками боевых энергий. Люди схватились за оружие, и среди охваченных пламенем развалин тюремного блока вспыхнула отчаянная схватка. Человеческие монстры бросались на Риула, размахивая светящимися плазмой клинками, и осыпали его пистолетными выстрелами. Жрец метался среди искореженных конструкций, уклоняясь от плазменных зарядов, с громким шипением прожигавших остатки стен насквозь, яростно ревел и бил врагов посохом. Крики и ругань сражающихся сливались в единую какофонию звуков сотрясающегося от взрывов линкора, и понять что-либо было невозможно. Внезапно шум схватки стих, и мелькание дерущихся Чужих в многочисленных дырах, усеивающих искореженные переборки, прекратилось. Несколько секунд Рафтулах не решался пошевелиться, но удушливый дым заставил его осторожно выползти из камеры. Едва он высунул голову за порог, как тут же столкнулся глазами с Риулом и в ужасе замер, дробно вибрируя от страха. Чужой лежал на полу посреди трупов человеческих монстров и смотрел прямо на него. Он был еще жив, но его ноги утопали в густой обильной луже крови, левая рука безвольно обмякла, словно тряпочная, жреческие одежды дымились, соприкасаясь с бушующими вокруг языками пламени.

— Гредринианец! — Риул попытался опереться на зажатый в правой руке окровавленный посох, но не смог. — Приблизься ко мне! Ибо ноги не повинуются мне!

— Предупреждаю! — сбивчиво залепетал Рафтулах, пятясь назад. — Я полковник! Командир крупной эскадры! Меня нельзя убивать, я очень ценный военнопленный!

— Я предлагаю тебе сделку, полковник! — голос Чужого хрипел, изо рта вместе со словами выплескивались капли крови. — Ты окажешь услугу народу Риулов и будешь щедро вознагражден!

— Я… я… я ничего не знаю! — у Рафтулаха зашлось дыхание, когда огромный Чужой попытался ползти к нему. — У меня амнезия… — он беспомощно завертелся. Выхода из камеры, кроме как через Риула, не было, он оказался в ловушке. — За меня дадут богатый выкуп! Очень богатый! Моя семья весьма известная и влиятельная в Демократии Гредрини… — Окровавленная громада Риула медленно подползала все ближе, зажимая его в угол. — Я никого не убивал, — взвизгнул Рафтулах, — ни одного Риула или Человека, клянусь! Можете проверить на сенсографе ложных данных!!!