Мама остановилась перед институтом. Группка первокурсниц о чем-то шепталась, сблизив головы, то и дело оглядываясь на окна второго этажа. Маме нужно было задать вопрос, а кроме того, ей очень хотелось услышать, о чем говорят студентки. Сашка ее понимала: иногда представление об институте можно составить, просто послушав случайную беседу…

Мама переступила с ноги на ногу. Она чувствовала себя потерянной и глупой; она долго решалась, прежде чем приехать в Торпу, она сама не знала, что здесь увидит, и вот: милый провинциальный городок, странный, но очень красивый. Четырехэтажное здание института на улице Сакко и Ванцетти. Девушки, по виду благополучные, явно чем-то обеспокоенные, но мало ли поводов для беспокойства у юных студенток в начале сентября?

– Девочки, прошу прощения, вы здесь учитесь?

Группа рассыпалась.

– Здесь, – настороженно ответила видная высокая девица в почти пляжном, очень открытом наряде.

– Вы не знаете Самохину Сашу?

– Она на первом курсе?

– На третьем.

Девчонки запереглядывались.

– Мы никого с третьего пока не знаем… Почти никого. Мы же только первый курс…

– Понятно. Извините.

И мама решительно зашагала ко входу в институт. Взялась за ручку двери.

Скрылась внутри.

Сашка бегом метнулась в переулок. Вылетела во двор. Кинулась к общежитию; только бы он был дома. Только бы…

Забарабанила в дверь с цифрой «три». Именно эту двухместную комнату на первом этаже предоставили в прошлом семестре молодоженам Косте и Жене.

– Войдите! – послышался недовольный Женин голос.

До начала занятия со Стерхом оставалось три минуты. Болтался розовый телефон на шее.

– Сашка?

Она обернулась. Костя шел по коридору, в руках у него дымились две кружки.

– Выручай, – сказала она без предисловий. – У меня практика в двенадцать ноль пять. И мама только что приехала.