– Есть!

Женя опять поправилась, черты ее лица, как показалось Сашке, огрубели. Она водила карандашом по пустой тетрадной странице, будто не решаясь поднять глаза на преподавателя.

– Очень хорошо, – Портнов откинулся на спинку стула. – Я всех вас поздравляю с началом третьего года обучения. В этом семестре мы вплотную подступим к изучению Речи как многоуровневой системы усилий, изменяющих мир либо удерживающих его от перемен.

Группа «А» третьего курса казалась садом камней. Никто не шевелился. Никто, кажется, даже не мигал.

– Стартовый пистолет прозвучал, известна дата переводного экзамена – тринадцатое января. На экзамене каждый из вас получит возможность применить знания, полученные за два с половиной года, и продемонстрировать практические умения, выстроенные на этом фундаменте. В случае, если вы успешно справитесь с испытанием – а я уверен, что так оно и будет – вам предстоит радикальная смена способа существования: вы получите возможность стать частью Речи… Что, Павленко?

– Мы будем ее практически использовать? Пользоваться Речью?

– Нет, – Портнов глядел на Лизу поверх очков. – Речь будет пользоваться вами. Есть еще вопросы?

* * *

Егор стоял перед щитом с расписанием. Скособочившись, прижав к груди правую руку, иногда покачиваясь, будто теряя равновесие – и в последний момент удерживая его снова.

– Как дела? – спросила Сашка без всякой задней мысли.

Волосы Егора, выгорев на солнце, стали еще светлее. Глаза – темно-карие – еще темнее и глубже. Он долго смотрел на Сашку, та уже потеряла надежду на ответ – но Егор разлепил губы.

– Я был на практическом занятии. Вот только что.

– Получилось?

– Ты была права, – сказал Егор. – Слушай… мне страшно.

– Ерунда, – сказала Сашка. – Учись, и ничего не бойся. Выучишься, сдашь экзамен, получишь диплом, сделаешься Словом. Может быть, даже фундаментальным понятием, говорят, это почетно…

– Я глагол, – сказал Егор.

– Что?!

– Мне сказали… Ирина Анатольевна… что я глагол в сослагательном наклонении. Я – если бы. Понимаешь?

– Да, – сказала Сашка. – Крутая у ваших методика. Наши преподаватели до последнего тянули, ничего не объясняли.