– Я могу сделать вид, что не слышал этого, – медленно произнес он. – Могу спрятать это глубоко в сердце и лелеять это семя мести. Могу стать твоим смертельным врагом. Могу, наконец, встать и дать тебе в морду. Но не сделаю ничего из сказанного. Не потому, что боюсь или ценю свое положение и влияние, а потому, что не хочу. Я знаю, кто мои родители. Не надо мне об этом напоминать. Мой отец – преступник, психопат и обманщик, а при упоминании имени Лилит, моей матери, изменницы и королевы разврата, демоны с воем убегают. А сейчас скажи мне, когда я подвел тебя, обманул или причинил вред, Люцифер?

Бывший архангел, бледный как полотно, потирал подбородок.

– Извини, не знаю, что на меня нашло. Ты единственный, на кого я могу положиться. Ты – мой друг. И больше таких нет. Я обидел тебя, чтобы не признавать поражения. Я старался скинуть на тебя собственное чувство вины. Асмодей, я разочарованный и озлобленный. Это не так должно было выглядеть и не так закончиться. Преисподняя должна была стать местом свободы и справедливости. Местом, где все равны перед законом по отношению к другим в обязанностях и привилегиях, без иерархии, без всемогущества чиновников, благородно рожденных и богатых. И без унизительной системы каст! Без деления на хоры! К Бездне, как мы это ненавидели, Азазель, Белиал, Мефистофель, я, все объединившиеся ангелы. Лучшие и худшие крылатые под штандартом той же Светлости! Закрытые зоны, в которые запрещен вход обычным подданным Царства. Знаешь, как это выглядит? Ни один крылатый ниже хора Власти не мог зайти выше, чем Четвертое Небо, поскольку там размещались все необходимые учреждения. Учреждения, понимаешь? Проклятый аппарат давления! И эти напыщенные бюрократы, хамы, визжали, размахивая миллионом лицензий, приказывая немедленно освободить им дорогу! Настоящая чума! Кто их освободил от правил элементарной вежливости? Эта коллекция бумаг с печатями? Мы хотели создать лучший мир, страну справедливости и закона, а построили…

– Пекло, – резюмировал Асмодей.

Люцифер замолк, сбитый с мысли. Он посмотрел в прищуренные фиалковые глаза друга.

– Ну да, – признал он. – Похоже, что так.

В фиалковой глубине что-то вспыхнуло и тут же угасло.

– Вы блефовали, верно? Вы не допускали мысли, что Бог изгонит вас?

Бледная улыбка появилась на губах Люцифера.

– Конечно нет. Мы хотели привлечь Его внимание, вызвать хоть какую-то реакцию. Мы не думали, что Он вышвырнет нас. За нами отправили треть Воинства. Знаешь, какой это был для нас шок? Горстка щенков внезапно возглавила могущественный бунт. Они взяли нас за задницу. Ну и остался я с бандой изгнанников, сумасшедших, беглых преступников, обычных бандитов, старой адской аристократией и ордами диких демонов. Чудесная картина нового мира.