«Как же ты ошибалась, моя Кристи…»

Всё уже давно потеряно, ещё триста лет назад. Сейчас единственное верное решение для человечества — очистить планету ото всей этой гнили, что породили предки своим оружием. Возможно, тогда у людей появится шанс на прежнюю жизнь или хотя бы на её подобие.

Хантсман нашарил в темноте наручный ПК и постучал по дисплею. В темноте вспыхнули бледно-синие цифры: «00:14». Пора.

Выбравшись из спального мешка, он подсветил тем же дисплеем потолок и нажал на кнопку лампы. Пассажирский отсек заполнился мягким жёлтым светом.

— Подъём, бойцы!

Уже через четверть часа, наспех перекусив, Хантсман разложил карту на капоте броневика и, подсвечивая фонарём, внимательно изучал предстоящий маршрут. Два параллельных туннеля соединял коридор длиной в несколько миль — он-то как раз и нужен. Сперва не мешало бы провести разведку, а там и видно будет. Если всё пойдёт по плану, придётся остаться здесь ещё на день. Не слишком привлекательная перспектива, но лучше, чем возвращаться в НЭВ с пустыми руками.

— Кэп, — Элис прислонилась к бамперу. — Я тут подумала… В общем, я тут подумала… Есть одно неплохое местечко в Первом Секторе. Там такой обалденный бифштекс готовят! Хочу пригласить вас туда по возвращении, — от смущения последние слова у неё вышли почти скороговоркой.

Хантсман тяжело выдохнул. Этого ещё не хватало! И вот что ей ответить? Нет, девушка она, конечно, видная, но чёрт возьми, нахрена он-то ей сдался, старый вояка без особого будущего, когда столько отличных парней вокруг — выбирай не хочу.

— Послушай, Элис, — из-за шлема её лица не было видно, и так даже лучше, — у меня есть правило: никаких отношений на службе.

— Но почему? — в её голосе прозвучала досада.

— Да потому что обычно это ничем хорошим не заканчивается!

— Кажется, я понимаю… Слышала вашу историю, но я-то за себя постоять могу!

Ну, тогда это меняет дело!.. Она что, издевается, или правда не поняла с первого раза?

— Как долго ты у меня в отряде, Элис? Год?

— Четырнадцать месяцев, сэр, — холодно отозвалась она, явно чувствуя в вопросе подвох.

— Осталось ещё восемь, если я не ошибаюсь. Так вот, давай не будем портить друг другу жизнь эти несчастные восемь месяцев, договорились?

— Портить, значит? А может, я вообще останусь в вашем отряде! — с вызовом заявила она и, развернувшись, скрылась за броневиком.

— Женщины! — буркнул себе под нос Хантсман и, окинув карту быстрым взглядом, погасил фонарь.

Как и предполагалось, ночью в туннеле псов было куда меньше — разбежались по пустоши в поисках добычи.

Хантсман вместе с Механиком шли впереди, то и дело вслушиваясь в тишину. Туннель казался вымершим: только звук шагов и редкое хлопанье крыльев каких-то мелких тварей. Похоже, удача наконец-то улыбнулась им, во всяком случае прошли уже несколько миль без приключений: ни одного пса, не говоря уже о тех жутких тенях, от чьего завывания стыла кровь в жилах. Может, конечно, радоваться рано, но всё же хотелось надеяться, что на этот раз пронесёт.