— Ого! — протянул мистер Лайтфут, пораженный устройством бомбы до глубины души. — Вот это красотища!

— Он убьет меня, — простонал мистер Моултри. — Убьет до смерти!

Звук часового механизма сделался оглушительно громким. С помощью тонкого металлического щупа мистер Лайтфут изучил маленькую красную коробочку, из которой доносилось тиканье. Отложив щуп, монтер проделал то же самое собственным пальцем, тихонько насвистывая и, видимо, получая от процесса глубочайшее наслаждение. Наконец палец убрался из чрева бомбы.

— Ага, — снова проговорил мистер Лайтфут. — Потихоньку нагреваемся.

Мистер Моултри уже бормотал что-то совершенно неразборчивое, из его опухших глаз безостановочно катились слезы.

Ловкие пальцы мистера Лайтфута снова принялись за дело, прослеживая проводки от мест их подключения. Над бомбой, точнее, над красным ящичком, дрожа, поднималось легкое марево. Закончив осмотр, мистер Лайтфут в задумчивости почесал подбородок.

— Знаете, — проговорил он. — Есть одна проблема… Мистер Моултри трепетал, балансируя на грани сознания.

— Видите ли. — Мистер Лайтфут продолжал в задумчивости потирать подбородок. — Всю жизнь я чинил вещи. Я никогда не ломал их.

Медленно вдохнув, он так же медленно выпустил воздух из легких.

— А здесь, сдается мне, без маленькой поломки никак не обойтись.

Глядя на начинку бомбы, он согласно кивнул.

— Господи, — прошептал он. — Рука не поднимается разбивать такую красоту.

Говоря это, он выбирал другой молоток, на этот раз раза в три потяжелее первого.

— Но делать нечего.

Коротко взмахнув молотком, он с силой опустил его на самый центр красной коробочки, пластик которой с коротким треском вмиг раскололся от края до края. Мистер Моултри до крови прикусил язык. Сняв красные пластиковые половинки, мистер Лайтфут рассмотрел компактный механизм с разноцветными же проводками, открывшийся внутри коробочки. — Одна тайна внутри другой, — пробормотал он. После чего порылся внутри своего чемоданчика и вытащил маленькие кусачки для тонкой проволоки, совершенно новенькие кусачки, еще с магазинной биркой, на которой значилась цена: “99 центов”.

— Ну ладно, — сказал он бомбе и вздохнул. — А ты смотри не рыгни мне в лицо.

— О Господи, о Иисус в небесах, о райские врата, откройтесь мне, ибо я иду к вам, — торопливо забормотал мистер Моултри.

— Когда доберетесь дотуда, скажите святому Петру, что старого монтера ему осталось недолго ждать.

Сказав это, мистер Лайтфут потянулся кусачками к паре проводков — одному черному, другому белому, — скрестившихся над самым сердцем механизма.