– А на Саттанге – еще не понял? – спросил Август.

– Ты откуда знаешь? Или Берг проболтался?

– Нет. Долго рассказывать.

– На Саттанге не так заметно. Там и долина нечеткая, и индейцы пошуровали, да и такого входа нет. Может, где и есть, но у меня времени не было искать. А здесь я нашел все. И даже эту штуку, типа, с двумя пластинами, между которых надо голову совать. Я сам не сунул и Тура не пустил. Потому что на нас триста душ, а если нам мозги выжжет – что с ними будет? И ангары с серыми малышами есть. Кораблей нет, что странно. Может, если малышей поднять, то они знают, но я не рискнул. Там, внизу, довольно удобные помещения, ничего никогда не отключается. Отключается, кстати, только маяк. С чем связано, я понял слабо, но похоже, это защита от дурака. Вот в эти одиннадцать часов, когда маяк работает на выключение всего и вся, приближаться к планете опасно. Для нас – нет, а для кораблей Чужих – не исключено. Хотя я могу ошибаться.

– Может, это режим работы космодрома? – сказал Павлов. – Одиннадцать часов на прием, одиннадцать – на отправку.

– Ты инженер? Я – нет, я просто хорошо знаю свое оборудование. Я тебе покажу, разбирайся на здоровье.

– Инженер, – согласился Павлов. – Системы связи, киборги.

– Договорились. Я одно только понял: это система жизнеобеспечения. Поэтому все живое тут сверхценность. Если система распознает внутри консервной банки жучка – эту банку бережно отставят с дороги, чтобы жучок внутри не погиб. Нас система охраняет и пасет. Когда однополчанин мой приехал, уже киборг, жертв было бы куда больше, но система распознала врага и вырубила его. Единственный раз было, когда глушилка работала внутри, а не снаружи… Жаль, что внешних врагов она не видит. Когда сюда упала плюшка от Куруги, битком набитая киборгами, система включилась точно по расписанию, ни минутой раньше. Если б хоть на десять минут раньше, мы не потеряли бы корабль. А мы жили, такие все беспечные, и вдруг заходит на нас транспорт. Я только и успел, что людей по пещерам разогнать. А киборги на наш корабль наводились. Там было шестеро. И Тур. Ну, там от киборгов деваться некуда. Я только взрыв услышал, роту свою построил и бегом. Знаю же, когда отключение будет. Двадцать пять километров бегом. Дорожка у нас тогда была. Успели через час после начала. Господи, четыреста тел! И у каждого надо из черепа чип вытащить… Потом стали думать, что с кораблем делать. Он целый. Но уходить на нем нереально. Это же десантник, он маневрирует, как самолет в воде. Мы тогда с него все поснимали: откуда у нас и оружие, и одежда, и куча полезных штук, а тела складировали. Я его поднял, на звезду направил, на пределе ушел с борта на челноке. И не рассчитал. Меня отключение застало в десяти километрах над землей. Ну, я с парашютом, по старинке… Потом сто километров домой через джунгли шел. И с тех пор стабильно раз в три-четыре месяца кто-то сюда прилетает. Мой однополчанин на маленькой яхте пришел, типа, специально за мной. Когда он бойню устроил, три человека решили, что с них довольно, и убежали. Яхту эту подняли, а их с луны расстреляли. В пыль просто. Они даже из атмосферы толком выйти не успели. После этого Куруги сюда исправные корабли не забрасывает. Только такие, которые дальше луны не полетят.